4elovekova (4elovekova) wrote in rabota_psy,
4elovekova
4elovekova
rabota_psy

Categories:

На стороне ребенка

Дольто Ф. На стороне ребенка. – Екатеринбург: Рама Паблишинг, 2010. – 717, с. – (Серия «Авторитетные детские психологи»).

С.229 - 231

Голод в мире, война, эксплуатация рабочих, проституция, наркобизнес и прочее беспокоят самых уважаемых людей, но тяжелее всего эти бедствия терзают именно детей. Люди собирают пожертвования, взывают к правам человека, учреждают Год ребенка. Добрые дела, правильные речи, все проливают слезу и вносят свою лепту, обличают истязателей детей, минотавров нашего века, людоедов-технократов…

Граница между детьми обеспеченными и обездоленными, балованными и нуждающимися – произвольна и обманчива. За ней трудно разглядеть защитные реакции общества. Исследуем общий знаменатель детства: ни с тем, кто хорошо питается, ни с тем, кто живет в трудных квартирных условиях, ни со школьником, ни с маленьким победителем, ни с маленьким рабом не обращаются как с личностью.

Судьба, уготованная детям, зависит от позиции взрослых. Борьба за дело детей не принесет серьезных плодов, пока всему обществу не будет поставлен диагноз, который заключается в том, что оно с самого рождения ребенка бессознательно отказывается видеть в нем личность, по отношению к которой каждый должен вести себя так, как хотел бы, чтобы другие вели себя с ним самим.

Жестокое обращение, сексуальные извращения, рабство, недоедание, развод, школьные неудачи, детские болезни стали темами литературы. Более редкие исследования тайны детства, того неизвестного, что в нем заключено: потенциала, эмоциональной нагрузки, интимных отношений с силами природы, медиумического дара передачи мыслей.

На протяжении веков в представлениях о ребенке гораздо больший упор делается на его незрелость, чем на его потенциал, присущие ему способности, его прирожденный гений. Той же предвзятостью страдает и научный подход к детству.

Взрослому обществу трудно рассматривать детство со всеми присущими ему свойствами, не прибегая к критериям экономического порядка, таким как произвольность, рентабельность. Рассуждают о том, как обучить будущего человека, как подготовить его к производству. Всякий раз когда мы занимаемся креативными возможностями ребенка, мы ждем от него какой-либо художественной или научной продукции; если отказываемся видеть в нем невинное и легковесное существо, то подходим к нему как к разумному карлику, маленькому взрослому, чудо-ребенку, если приносит пользу миру взрослых.

В этом смысле креативность – художественного или научного порядка – присуща скорее не ребенку младше десяти лет, а подростку в переломном возрасте, сублимирующему свою неуравновешенность и отталкивающемуся от своего непосредственного окружения. Напротив, первые десять - двенадцать лет жизни соответствуют полному расцвету непосредственности. Ребенок способен на самые разные выдумки: и в будничной жизни, и в языке его изобретательность постоянно бьет ключом. Но это совсем не то что изобретательность в области искусства или научных изысканий. Современные воспитатели путают креативность и непосредственность. Ребенку присуща именно непосредственность, она помогает ему проявить его дарование, но это ещё не делает его маленьким гением. Его дар – это гений свободы, которым обладают решительно все дети на свете, если их не вовлекают в преждевременное соперничество.

Каким образом можно обнаружить истинные способности к восприятию, чувства, знания ребенка младше десяти лет? С помощью тестов? В беседе? Ребенок в этом возрасте приспосабливает свои ответы к желаниям взрослого, он или подражает ему сознательно, или подчиняется подсознательной мимикрии. Его собеседники декодируют его язык, исходя из своих собственных критериев, ориентиров и эталонов. Они устанавливают контроль над ребенком, любой ценой стремясь обнаружить в нем какое-нибудь дарование, отклонение, пытаясь определить роль, которую он мог бы играть в обществе. Он оценивается, исходя из его возможностей вписаться в общество.

Если смысл детства не только в том, что оно сложный и необходимый переход, если оно не только время инициации и ученичества – на что оно годится? С точки зрения экономиста и социолога – ни на что. А между тем оно может дать нечто незаменимое.

С. 234-235

Желая как можно быстрее сделать столь обременительного ребенка «рентабельным», общество лишает себя бесценного человеческого потенциала, который бы обеспечил человеческую смену, если бы ему дали необходимое для созревания время.

«Выжить» - в раннем возрасте это испытание даже для наших детей, физическому развитию которых ничто не угрожает. И даже если они не рискуют умереть с голода, от войны или от наркотика – им приходится вести странную войну против умственного заболевания, спровоцированного близкими.

«Служить» - к тем, кто пережил испытание раннего возраста, общество предъявляет требование не быть бесполезными ртами: будь то маргиналы или обеспеченные, они подвергаются систематической эксплуатации.

Защищенное детство часто означает психически нездоровое детство.

Законы, социальная интеграция, вакцинация не спасают ребенка в индустриальном обществе от опасности душевного заболевания и не избавляют от тягот его существования. Он разделяет неполноценность с другими детьми своего возраста. Помимо воли он принадлежит к низшей расе.

Вопреки видимости социальное положение ребенка не изменилось за последние четыре тысячи лет, с Шумерского царства. На его примере можно убедиться в иллюзорности прогресса. Каждое новое «преимущество» вредит его истинным интересам.

 

Tags: хочу спросить?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments