m_d_n (m_d_n) wrote in rabota_psy,
m_d_n
m_d_n
rabota_psy

Categories:

Как пережить свою трагедию

О сокрушённых, повергнутых в прах и восставших из пепла людях

Несовпаденье

Лечением посттравматических расстройств я занимаюсь непрерывно последние пятнадцать лет.

Клиническая практика заставила меня размышлять на самые разные темы, в том числе пересмотреть идею одной-единственной привязанности в пользу идеи о репертуаре привязанностей и опубликовать текст "К вопросу о концептуальной валидности типов привязанности" (2013), а также предложить концепцию внутреннего конфликта привязанностей, конфликта привязанности и лояльности, конфликта лояльностей и опубликовать текст "Проблема выбора в конфликте лояльностей" (2015). Целью этой методологической работы было квалифицировать, что есть стресс, что фрустрация, что травматическое переживание, и уйти от огульного зачисления любого несовпадения характеров и ожиданий друг от друга в "эмоциональную травму", "травму развода" или "травму поколений".



Что и с чем не совпадает? Излюбленный способ жить свою жизнь у двух разных людей.

[Spoiler (click to open)]

Старший член семьи, в характере которого ведущий радикал характера эпилептоидный, мыслит обычно иерархически. Любимая фраза таких мам, пап, бабушек и дедушек "Что положено Юпитеру, не положено быку". Эмоциональные переживания не являются для них мерилом того, что важно в жизни. Их система отсчёта зиждется на материальных обретениях, достатке и престиже. Они искренне полагают, что ребёнок, который копейки в дом ещё не принёс, не представляет ценности, и прямо указывают ему "твоего в этом доме ничего нет".

Эпилептоидный родитель легко сквернословит и говорит гадости тем, кто слабее или беднее его, а значит, - и своим родным детям. Воспитывает он описанием кар и несчастных случаев, которые последуют за непослушанием, - запугиванием. Хочу дам блага, хочу заберу, - наказывает от не отвержением, "я с тобой больше не дружу", а тем, что "снимает с довольствия": не покупает мороженое, запрещает пользоваться неделю планшетом или компьютером.

Дети эмоционально тупых родителей уже в подростковом возрасте понимают, что их родитель по психотипу дрессировщик или тюремщик. Дети-эпилептоиды легко встраиваются в эту иерархическую систему, потому что по своей натуре не настолько тонки, чтобы дрессировкой оскорбляться. Другие по натуре дети убегают от таких родителей – или физически, или как "уход в хобби или работу", спасают себя. И те, и другие из-за воспитания в среде эмоционально тупых людей затрудняются свой детский опыт отрефлексировать. Дети, не совпадающие характером с эпилептоидными родителями, ищут и находят тепло в отношениях, привязываются или к учительнице в школе, или к тренеру в спортивной секции, или к другу, - человеку, который может дать опыт уважительных к человеческому достоинству, равных отношений, и с кем можно говорить о том, что тебя расстраивает и почему.

Не совпадать характером можно с любым родителем. Правда в том, что к родителям с любым характерологическим радикалом выросшие дети предъявляют претензии.

Циклоидные родители, для кого эмоциональное сочувствие или удовольствие от новых впечатлений служат мерилом важного в жизни, - тоже не совпадают со своими детьми, так бывает.

Эмотивная, чуткая, сострадающая мать – к ней предъявляют счёт за то, что "всегда жалела и меня, и того, кто меня обидел, а я так хотела, чтобы она заступилась за меня, чтобы я был ей дороже всех".

Циклоидная мама не может не гармонизировать окружающий её мир. Она хочет, чтобы "всем" было хорошо, уравновесить недостатки достоинствами, критику – похвалой, невнимание – избытком внимания.У неё доминанта не на иерархии, а на " чувстве мы". Поэтому иногда, когда ребёнок поднывает, ей хочется заткнуть ребёнка, чтобы не выбивался из общего "мы", - эмпатический провал в отношениях, который больно ранит ребёнка и помнится десятилетиями.

На эмотивную маму обычно жалуются так. Пришли к ней гости. Они с детьми. Дети играли и родного ребёнка (ушибли, порвали платье и прочее). Приходят двое ревущих детей к маме-хозяйке дома. Мама спрашивает НЕ своего ребёнка, не испугался ли он, убеждает, что ничего страшного, в общем, утешает его первого, ВНИМАНИЕ, потому что она сочувствует ему, ведь он в гостях, а не на своей территории, и ему вдвойне труднее, чем родному, который у себя дома. Железная логика эмотивного поведения.

Более того, если она первого будет утешать родного ребёнка, то гостю будет горько, что на его печали вообще никто внимания не обратил, и это его глубоко ранит, поэтому ему надо подать утешение и сочувствие первому. Обычно все дети завидуют тому, у кого мама эмотив, и хотят себе такую, и только ребёнок мамы-эмотива ненавидит свою родную маму в минуты, когда она утешает его обидчиков, и полученное во вторую очередь от неё утешение уже "не то", как бы отравлено тем, что "так нечестно", ведь "ты моя мама, а не его". Если у эмотивной мамы ребёнок-эмотив, то он даже не жалуется на свои горести родной маме-эмотиву, чтобы её не расстраивать! И потом всю самостоятельную жизнь учится в первую очередь прислушиваться к своим желаниям и чувствам, пытается взращивать здоровый эгоизм, а по зову сердца всё равно в любой момент готов пожертвовать своими интересами ради мира в доме и удовольствия всех.

Гипертимная мать – к ней предъявляют претензии "она всегда любила гостей и компании, и мной занималась постольку-поскольку. С начальной школы все свои проблемы я решал сам, потому что она даже если обещала придти помочь, всегда отвлекалась на что-то другое, и было бесполезно ждать".

Гипертимная мама действует по схеме "переключить" детей на что-то другое. Про неё обычно рассказывают так. Пришли к ней гости. Они с детьми. Дети играли и родного ребёнка (ушибли, порвали платье и прочее). Вылавливают двое ревущих детей гипертимную маму-хозяйку дома. Мама импровизирует (гипертимы в этом сильны) про зайчика, которого надо сейчас же всем идти искать, затевает игру (два эмпатических провала одновременно у двух ревущих детей). Другие дети в восторге подхватывают игру (на двух ревущих внимания никто не обращает вообще). Никто не плачет, значит, все довольны - железная логика гипертимного поведения.

И, если родной ребёнок в тихой ярости от того, что гипертимное веселье, фонтан шуток, прибауток и импровизированных игр в очередной раз отрицает его депрессию и печальные чувства, то ребёнок-гость возвращается домой в сильнейшем недоумении, как так вообще можно, и потом сторонится гипертимной тёти, не зная, что она выкинет вместо того, чтобы подать утешение, как другие знакомые ему взрослые.

Эпилептоидная мать – претензии к ней описаны выше.

Истероидная мать - "хотела хвастаться своими успехами, везде таскала меня, чтобы потом показывать, ей было всё равно, что важно для меня на самом деле и что у меня в душе".

Тревожная мать - "не давала мне шагу ступить, говорила что и как мне делать, по сто раз переспрашивала, сделал ли я".

Шизоидная мать - "всегда чувствовал себя не таким, как все. Всем как-то интуитивно было понятно, что надо делать, а я не знал, как надо, а как не надо. Маму никогда не интересовало то, что делают "все"".

Паранояльная мать - "у неё для меня было распланировано будущее. Сначала я заканчиваю хорошую школу, потом хороший университет, потом в моей жизни будет то-то. Она всё знала лучше меня и не жалела сил, чтобы реализовать план. Конечно, я благодарен ей, что она сделала из меня человека, но мысль о свободном времени и о том, что общение с друзьями просто так это тоже хорошо, пришла мне в голову только после тридцати лет, когда я жил уже отдельно от неё".

Распланируют будущее, включая выгодную женитьбу, покорение карьерных вершин и отличные заработки, двойственные эпилептоидно-паранояльные натуры. Эмотивно-паранояльные родители растят детей по-другому. Они настоящие идеалисты, мечтатели. Представление об окружающем мире как о заботливом и эмпатичном к человеку, подстраивающемся под него - это идеалистическое представление. Истовая вера в "естественное родительство" и в то, что от принятия ребёнка в его жизни успех придёт сам собой, - это родительский идеализм эмотивно-паранояльных двойственных натур.

Дети, которые росли с эпилептоидными родителями, становятся жертвами родительского материализма, дети, которые росли с эмотивно-паранояльными – жертвами родительского идеализма. Есть ещё жертвы родительского эгоизма, - дети, которые выросли с истероидными на всю голову родителями, и жертвы родительского пофигизма, - дети, которые выросли с безбрежно гипертимными.

Правда о несовпадении, повторю, состоит в том, что как претензии предъявляют к любым родителям, с любым характерологическим радикалом. Во все времена и во всех цивилизациях.

Официальной статистики о распределении характеров в обществе, сколько каких людей в нём есть, в открытых источниках не существует. Я опираюсь на мысль о том, что среди здоровых людей эпилептоидных натур в обществе около 60%, циклоидных около 30%, паранояльных около 5%, а шизоидных и истероидных в ярком проявлении по 2%. Эпилептоидные натуры представлены кроткими людьми и бунтарями, а циклоидные эмотивами, гармонизирующими и эстетизирующими действительность, и гипертимами, собирающими людей вокруг себя и жаждущими новизны, непоседами и путешественниками. Все вместе здоровые составляют 90% социума, остальные десять процентов приходится на психопатологию (врождённую или старческую умственную отсталость, эндогенные психиатрические заболевания, которые сопровождаются оскудением личности, гериатрические заболевания, которые сопровождаются утратой памяти и психопатов, лишённых совести).

Несовпадение с родителями, когда натура ребёнка требует того, чего не может дать другой по натуре родитель, сглаживается в большой семье. Найти родную душу в тёплой, поддерживающей отношения трёхпоколенной семье проще, чем в триаде мапа-папа-я. Так бывает, что с тётей больше взаимопонимания, чем с родной мамой. Или со старшим братом легче найти общий язык, чем с отцом.

Если семья живёт обособленно, ребёнок выбирает из того, что есть. Часто его жизнь превращается в один сплошной эмпатический провал: на движения его души нет ответного отклика. О детстве такой девочки написаны книги "Динка" и "Динка прощается с детством" Валентины Осеевой.

В отличие от взрослого, ребёнок, который не чувствует себя понятым в своих внутренних порывах, не знает даже слов, какими описать свою него, не научен рефлексировать и определять, что именно ему досадило, насколько сильно он раздосадован и как именно происходящее надсаживает ему сердце. Досада в академической психологии называется фрустрацией. В западной литературе по психотерапии жизнь с родителями, бесконечно фрустрирующими своего ребёнка, называют иногда "травмой развития" или "арестом развития", приравнивая тем самым несовпадение к травматическому переживанию (и выхолащивая тем самым специфику травматического опыта).

Работа над собой, самообучение и самообразование, доступны любому человеку и возможны не только в академической сфере, но и во внутриличностном и межличностном интеллекте. Свобода воли, данная человеку, даёт возможность найти тех, с кем ты совпадаешь. Круг верных друзей юности и счастливая своя семья помогают восполнить дефициты первого десятилетия жизни в родительской семье. Хорошая психотерапия может дать то, что недодали родители в детстве или друзья и любимые в юности, - если человек хочет изменить самого себя, он может это сделать.

Психотерапия как практика, распространившаяся в двадцатом веке, завоевала европейскую цивилизацию во второй половине двадцатого века на фоне процессов урбанизации. Две трети населения России стали жить в городах, а не в деревне, в 1960-х годах, сейчас уровень урбанизации в РФ составляет среднеевропейские 75%. Большой семьёй, где несовпадения могут сглаживаться, живут всё меньше людей. Справедливости ради отметим, что в Китае этот показатель ниже, половина населения, в Европе и США три четверти и выше, а в Великобритании и Австралии девять десятых населения, в среднем на планете уровень урбанизации 40%.

Случается, что у пары рождается ребёнок, не похожий ни на кого из родителей по характеру. Он раздражает невозможностью развеселить его и настроить на другой лад, с ним не знают, как поладить. Одни родители прячут голову в песок и бегут от мыслей о том, что не справляются с воспитанием, другие глубоко разочарованы в себе, потому что думали, что смогут полюбить любого ребёнка, если он – свой, а ребёнок в семье как инопланетянин, которого любить трудно. Эту нелюбовь с годами всё труднее скрывать, потому что заботиться о нелюбимом ребёнке можно только через силу, и плохо получается. Психотерапия нужна для того, чтобы изменить это.

Для нюансов несовпадений и нелюбви я пользуюсь обобщающей категорией "Неслучившееся". Неслучившееся в жизни взаимопонимание, доверие друг к другу, любовь может оказывать влияние на жизнь человека и когда прошли два раза по детству после детства, и в тридцать, и в сорок лет. Эмоциональный отклик возможен не только на случившиеся события. Загрустить можно из-за реального события, из-за воспоминаний о реальном событии, из-за мыслей о неслучившемся событии. И прощать тоже можно и случившееся, и неслучившееся. И мстят люди как за случившееся, так и за неслучившееся в их отношениях (классический пример, он на ней не женился, она испортила ему жизнь, чтобы отомстить и успокоиться). Родители могут мстить детям за неслучившееся – рождение наследника не того пола или намечтанная внешность ребёнка в жизни родителя не-случилась, и этот факт определяет его отношение к ребёнку. В русской классической литературе это истории про несчастливую судьбу, несчастливое детство и несчастливое материнство или отцовство.

Хроническая межличностная травматизация – песня из другой оперы. Здесь к возможному несовпадению характеров, явлению обыденному в социальной жизни, добавляется безнравственность родителя, его аморальность (с медицинской точки зрения, это родитель – психопат. В сегодняшней психиатрии это называется "асоциальное расстройство личности"). Судьба ребёнка здесь трагическая, детство – трагедия, потому что те, кто должен тебя защищать по зову сердца и по зову долга, упиваются властью над трепещущим от страха и боли дитём.

"Как пережить свою трагедию" это рассказ о хронической межличностной травматизации. В нём подробно рассматривается комбинация эпилептоидной психопатии родителя, безопасной привязанности ребёнка и эпилептоидной натуры ребёнка, унаследованной им от родителей.

Я прошу читателей держать в уме, что существуют и паранояльные психопаты-родители, и истероидные психопаты-родители, и ананкастные психопаты-родители, и возбудимые психопаты-родители, и шизоидные психопаты-родители. Общее у психопатов то, что все они аморальны и корёжат детство своих детей.

Тип привязанности ребёнка кроме безопасного может быть избегающим, амбивалентно-сопротивляющимся, дезорганизованным (диффузным), во всех этих случаях воздействие родителя на ребёнка будет иным, не тотально всепроникающим.

Натура ребёнка не обязательно будет такой же, как у родителя, она может быть другой, в этом случае разотождествиться с родителем ребёнку проще. Эпилептоидным детям трудно разотождествиться с эпилептоидным родителем, который унижал их, потому что приходится идти против иерархического мировоззрения, - своей сути. Другим по натуре (циклоидным, истероидным, шизоидным, паранояльным) детям сделать это проще: есть внутренняя правда, что "я не такой", от неё ребёнку легче оттолкнуться, восстанавливая себя.

Уровень социальной адаптации у переживших свою трагедию в детстве может быть любым. Во время работы в государственной медицине (1999-2005) я видела больше низкофункциональных (живущих на пособие Нацстраха или Министерства обороны, не имеющих собственного жилья, востребованной профессии и карьерных достижений, своей семьи) пациентов. В частной практике (2003-настоящее время) вижу в основном высокофункциональных (имеющих доход выше среднего, недвижимость в собственности, хорошо оплачиваемую работу и карьеру, свою семью) клиентов. Вывод из моего опыта я сделала такой. В жизни, как в игре: выигрывают не карты при раздаче, а лучший игрок.

Описанный далее вариант переживания ребёнком трагедии хронической межличностной травматизации не единственно возможный. Он, в силу неравномерного распределения натур в социуме, более распространённый, искорёжил детство многих мальчиков и девочек, и именно поэтому я решила уделить ему больше внимания.

Процитированы страницы 119-128 по изданию:
Бермант-Полякова О.В. Арбайтен, Ольга Викторовна! Издательские решения, 2016. 394 с.

Книга доступна в электронной библиотеке Букмейт
https://ru.bookmate.com/books/NvxRoJuq

(продолжение в следующем посте)
Tags: мануал, травма
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments