Слабинский Владимир Юрьевич (dr_slabinsky) wrote in rabota_psy,
Слабинский Владимир Юрьевич
dr_slabinsky
rabota_psy

Categories:

Плачь, любимая, плачь... Об опыте позитивной психодрамы 1/2

© Слабинский В.Ю., Ивлева М.С. Плачь, любимая, плачь... // "Играть по-русски". Психодрама в России: истории, смыслы, символы (составители Е.В. Лопухина, Е.Л. Михайлова), 2003. С. 185-206.

Примечание. Публикация данного текста явилась презентацией метода Позитивной Динамической Психотерапии. Глава публикуется с незначительными сокращениями и правками.

ВВЕДЕНИЕ

Зигмунд Фрейд: "Психология личности исследует отдельного человека... но все же редко, только при определенных исключительных обстоятельствах, в состоянии она не принимать во внимание отношений этого отдельного человека к другим индивидам. В психической жизни человека всегда присутствует "другой". Он, как правило, является образцом, объектом, помощником или противником, и поэтому психология личности с самого начала является одновременно также и психологией социальной в этом расширенном, но вполне обоснованном смысле" [6].

Начинать статью для психодраматической монографии цитатой из Зигмунда Фрейда? Подобное еще в середине ХХ века и представить-то было невозможно, но "tempora mutantur et nos mutantur in illis" - "времена меняются, и мы меняемся вместе с ними". В голове современного психотерапевта "звучат" многие голоса, то отчаянно дискутирующие, то удивительно дополняющие друг друга: что поделаешь — эпоха постмодернизма.

Инструкция для читателя: ниже приводится попытка описать клиентскую группу по позитивной психодраме. Используемые инструменты — спонтанная рефлексия терапевта и одной из участниц группы (в тексте упоминаются как Владимир и Марина); теоретическая интерпретация происходившего с помощью теоретической модели позитивной динамической психотерапии.

Примечание: иногда в тексте встречаются цитаты, то ли на правах реплик, то ли теоретических конструктов — решать вам, читатель.

Группа: знакомство. Как водится, все начинается со знакомства. Удивительное мгновение встречи людей, а точнее, мифологем, которые эти самые люди приносят с собой. По одежке встречают?

Владимир: Я захожу в зал, успокаивая дыхание, — надо худеть. В голове крутится мелодия, услышанная в автобусе. Автомобильные пробки, будь они неладны, — на кофе времени уже нет. Смотрю на часы — 6.30 вечера, "р.м.", как сказали бы американцы. Ну все, успокаиваюсь. М-да, опять посасывает под ложечкой... Интересно, это волнение или голод?

Марина: Когда мой интерес впервые зацепился за многообещающее словечко "психодрама", я и знать не знала, к чему прикасаюсь. Для начала по телефону мне просто сказали, что это метод групповой (а не индивидуальной — наедине с психотерапевтом) психотерапии. Что метод изобрел еще в начале века прославленный нынче великий врач Джей Л. Морено (родился в Бухаресте, работал и школу свою создал в Штатах). Дальше посвятили в содержание метода: оно в том, что участники группы по очереди проигрывают на импровизированной сцене не пьесы Шекспира, а разные ситуации из собственной жизни, нередко не уступающие по накалу страстей шекспировским, — те, что хранит память, или, наоборот, так и не состоявшиеся. И, наконец, уведомили: психотерапевта, или "директора", нашего "театра" зовут Владимир.

Питер Питцеле (1997): "Мы являемся не множеством, а скорее сообществом — Вавилонской башней, мифологическим пространством, в котором можно обнаружить любые персонажи и всевозможные существа, находящиеся на разных стадиях развития. Одни из них постоянно общаются между собой, другие ведут уединенный образ жизни; кто-то только появился на свет, а кто-то уже умирает. Здесь затеваются интриги и происходят ссоры, уходят в отшельники и партизаны, бушуют страсти, а иногда случается так, что на какой-то миг вдруг наступают покой и согласие. Короче говоря, каждого из нас (это один из самых любимых образов Морено) можно считать группой" [5].

Владимир: Я захожу в зал, привычно пересчитываю участников группы, всматриваюсь в лица, повторяя про себя то, что я знаю о них.

- Марина — журналист, любит наблюдать, мастер описания характеров и отношений героев своих статей.

- Коля — служил в Чечне. "Вообще-то у меня все хорошо, жизнь удалась, а пришел — просто так, разведать, чем вы тут занимаетесь". Это уже потом выплывут всякие другие обстоятельства. Развод, конфликты, алкогольная зависимость, одиночество... Марина: "Коля, можно я вас послушаю, я из газеты, имени вашего не буду писать..." Коля автоматически прикрывает лицо руками, смотрит, словно в прорези десантной шапочки: "Не горю желанием".

- Андрей — врач-психотерапевт, пришел на учебную терапию.

- Борис — золотая цепь на шее, "Лендкрузер". Прошел круг врачей, очутился у психотерапевта, чем несколько раздражен. Жалобы: спину заклинило, хондроз. Еще: "полнею сильно, прямо так и прет". В семье — "все путем", жену, правда, повело — ее отправил к психологу, чтоб на мозги не капала. Проблемы? "Я что, не в состоянии свои проблемы решить?!"

- Надежда, Геннадий — полны взаимной любви, живут вместе всего полтора года. "Только вот что-то ссориться стали".

- Галина — социальный работник, тяжелая аллергия: "Весной, с началом цветения тополей, я начинаю задыхаться, а городок наш весь в тополях, хоть уезжай".

- Анна — женщина средних лет, не чуждая эстетических интересов: премьеры и концерты — ее стихия. Потеряла работу, поэтому в депрессии.

- Стас — сразу после школы забрали в армию. Отправили в Чечню, воевал, навидался всякого. Слава Богу, вернулся с руками-ногами. В поисках работы обратился в ВОХР, ведь большого выбора предприятий в деревне, что под Н-ском, нет. Не взяли. Сказали: нет 21 года, и потому оружие доверять не положено...

- Вика — яркая молодая женщина, узнала, что у мужа есть вторая семья и, более того, любовница недавно родила мужу сына!

- Игорь — а вот еще судьба владивостокского парня. Вырос в неблагополучной семье, забрали в армию, в "учебке" написал рапорт и добровольно ушел в Чечню. Служил. Попал в плен, через год освободили, вернулся домой. Совсем недолго жил спокойно, потом пошел заступаться то ли за брата, то ли за соседа — драка, год тюрьмы. Как ни странно, именно в тюрьме пристрастился к книгам, понял, сколько ошибок успел совершить за короткую жизнь. Вышел, теперь готовится поступать в вуз, совершенно реально.

Владимир: Мы говорили с Игорем, и я почувствовал огромную самодисциплину, внутренний стержень. "Хочу стать юристом". — "Почему именно юристом?" — спрашиваю. "Защищать (опять защищать!) тех, кого осуждают". — "А почему бы тебе не поступить учиться на психолога?" — предлагаю. Задумывается, через некоторое время спрашивает, какие экзамены сдавать. Не исключено, что из него выйдет хороший психолог.

Марина: Мы заходим в зал, садимся в круг. И, как клятву пионера, повторяем вслед за директором, что никогда, ни при каких обстоятельствах ни один из нас не разгласит деталей чужих историй, которые здесь услышит. И второе "железное правило": когда станет нестерпимо больно, мы имеем право сказать себе: стоп, достаточно, на сегодня хватит...

Владимир: Как всегда, начиная группу, я произношу восточную мудрость, вслушиваюсь в нее еще раз, поражаюсь ее величию: "Человек — неиссякаемый источник бесконечных добродетелей, он подобен руднику, полному драгоценных камней".

ГРУППА: теория

Психодрама, метод, созданный Дж. Л. Морено, по большому счету еще ждет своих открывателей. Разобранная на техники, насыщенная чуждыми теориями, психодрама не утратила флер романтизма и легкости бытия. Легкости, за которой многочасовые тренировки, собственные слезы, обиды, отчаяние.

Владимир: "Позитивная психодрама - это автоское название групповой формы позитивной динамической психотерапии. Изучение психодраматических техник входит в обязательную программу подготовки позитивных динамических психотерапевтов".

Владимир Николаевич Мясищев считал, что одним из двух наиболее близких ему зарубежных методов является психодрама Морено. Личность понимается как набор нелинейных психологических характеристик. "Роли не рождаются из человеческого "Я"; наоборот: из ролей может появиться "Я"" — Морено. Личность характеризуется системой отношений – Мясищев.

Понятие "спонтанность" и родственное ему понятие "творчество" составляют ядро теории действия и личности Морено. Оба эти понятия основываются на его наблюдениях за играми детей и опыте работы в Театре спонтанности. Морено рассматривал спонтанное поведение в психодраме как "противоядие" все возрастающей ригидности социально-ролевого поведения. Он считал, что "психодрама, позволяя участникам изменить привычные поведенческие стереотипы, освободиться от тревоги, актуализировать свой человеческий потенциал, помогает им достичь иного жизненного статуса" [2].

Упор на спонтанность не означает, что во время психодрамы не используются первичные действия.

Морено описал четыре независимые формы выражения спонтанности:

1. в драматической форме спонтанность позволяет оживить чувства, действия и слова, которые уже существовали прежде;

2. творческая спонтанность способна создать новые идеи, новые модели поведения;

3. оригинальная спонтанность позволяет расширить уже существующие идеи, придать им новую форму;

4. адекватная реакция — правильно выбранные время и эмоциональная интенсивность поведения.

Согласно Мясищеву (1949), "один из источников энергии человека лежит в эмоциональных отношениях любви", второй – интерес / познание. Способности любить и познавать реализуются в трех кластерах отношений личности: к-миру; к-себе; к-другому. Отношение к-миру реализуется в четырех основных сферах жизнетворчества (термин Леонтьева): телесность / индивидуальность; социальность; результативность; духовность / креативность.

Как показал А.Ф. Лазурский, человек рождается с определенными задатками, из которых в течение всей дальнейшей жизни под влиянием внешних факторов и усилий самой личности формируется характер. В зависимости от условий способности развиваются неравномерно и по-разному у разных людей. Какие-то из них могут оказаться развитыми до виртуозности, а другие — пребывать в зачаточном состоянии. Можно, например, любить порядок, но быть нетерпеливым.

Питер Питцеле: "Каждый из нас — прежде всего человеческое существо, которое принимает на себя какие-то роли, проигрывает их и в целом представляет собой некую ролевую матрицу... человека можно представить в виде определенного набора ролей, напоминающего театральную труппу, состоящую из актеров с самым широким репертуаром... Cчитая человеческую психику множественной, мне трудно себе представить ее пространственный образ. Иногда она кажется мне многоуровневой и многослойной, иногда представляется в виде уходящей в бесконечность последовательности плоскостей; бывает время, когда я вижу ее фрагментарной, а бывает — голографической" [5].

"Кто работает один — прибавляет, а кто работает вместе — умножает". Теоретические выкладки, приводящиеся выше, не случайны. Современная психотерапия поощряет "династические браки", в результате которых рождаются удивительные потомки: аналитическая психодрама, юнгианская психодрама, бихевиоральные ролевые игры и т.д. Позитивная психодрама — отпрыск того же рода. Актуальные способности являются сердцевиной, хотя и не эквивалентом ролевых моделей, характеризующих как пациента, так и самого терапевта.

A. Реммерс (1997) дифференцировал способности, необходимые психотерапевту для эффективной работы. Каждая из этих собирательных способностей является сочетанием нескольких актуальных способностей и, таким образом, обозначает направление желательного развития личности психотерапевта.

Первая — "способность к терпеливому, эмпатичному выслушиванию и добавлению различных точек зрения" — предполагает реализацию условий, описанных К. Роджерсом (эмпатия, аутентичность, приятие) и предъявление пациенту альтернативных точек зрения (транскультурный подход, позитивное толкование симптома, фольклорные и ситуативные метафоры). Это требует от психотерапевта умения быть чутким к эмоциям пациента и к своим собственным чувствам, способности отмечать и осознанно использовать их для прогресса в психотерапии.

"Качество терапевтических отношений" является, согласно данным Федершмидта , эмпирически наиболее доказанным действенным фактором эффективности. С. Карасу придает особое значение сочетанию "аффективной чувствительности (affective sensitivity), когнитивного овладения/осознания (cognitive mastering) и поведенческого регулирования".

Р. Краузе на основании проведенных им исследований утвер­ждает, что хороший психотерапевт, по крайней мере, в проявлении своего аффекта реагирует не спонтанно, но хорошо рассчитанно и комплементарно. "...Это то, что ранее понималось как такт, учтивость, образование сердца или, быть может, общее воспитание. [...] Я предсказываю реабилитацию этого управляемого проявления чувств и последующее осуждение нарциссической "культуры подлинности"... Я могу быть очень зол как психотерапевт или даже испытывать презрение, но я не буду аффективно демонстрировать это, скорее приму эти проекции как "контейнер", преобразую их и креативно использую в своих интервенциях".

Вторая — "способность задавать точные вопросы, определять содержание, историю, динамику и возможности" — предполагает умение видеть за эмоциональными проявлениями переноса и контрпереноса содержание конфликта, актуальные способности и паттерны отношений. Подобное умение обеспечивается в основном аналитико-логическими ресурсами вторичных способностей (справедливость, точность, порядок, открытость).

Эта комплексная способность позволяет дифференцировать психо- и соматогенез, помочь пациенту осознать его симптомы как стадию его развития, разъяснить ему разницу между содержанием конфликта и ресурсами. Методическую основу для проявления этой способности предоставляют систематизированное первое интервью и структурированная пятиступенчатая стратегия психотерапии.

Третья в этом ряду — "способность сопровождать пациента и поощрять его ресурсы самопомощи: стадия самопомощи означает доверие к обнаруженным ресурсам клиента, знание способов поддержки с вовлечением социальных групп".

Реализация этой способности предполагает развитие подавленных эмоций и чувств пациента с помощью уверенности в собственном эмоциональном поведении и предоставления пациенту всей необходимой помощи, чтобы освободить и активировать как можно больше его сил, а затем направить их в русло самопомощи.

Четвертая — "способность фокусировать обсуждение на конфликтах и распределять ответственность за достижение изменений". Эта способность предполагает активную практику открытости и честности, терпения и учтивости в разрешении конфликтов, что трудно себе представить без навыков использования аффективно-эмоциональных ресурсов в достижении изменений, например, без баланса открытости и осознанной ответственности за проявление эмоциональных реакций.

Пятая — "способность видеть в центре работы будущее после разрешения конфликта", умение отрешиться от своего психотерапевтического нарциссизма и увидеть в проблеме и терапии шанс пациента на самоисцеление и начало обновления. Так, уже в процессе первого интервью важно определить признаки и условия окончания психотерапии (исходя из нужд пациента) и сориентировать его скорее на будущее после психотерапии, чем на привлекательно безопасную атмосферу психотерапевтического кабинета.

Расширение целей и жизненных планов на будущее должно рассматриваться не только как работа с надеждой как лечебным средством, но и как забота об экологичности изменений во внутреннем мире пациента, его окру­жении и отношениях, достигнутых в процессе психотерапии.

Пол Холмс, Марша Карп (1997): "Чтобы стать превосходным директором, требуются воображение, любопытство, игровое начало, эмпатия, риск, самосознание, зрелость и владение мастерством. [...] Морено любил повторять, что директор должен быть самым спонтанным человеком в группе. Спонтанность очень заразительна. [...] Чтобы воодушевлять других, директор должен:

l. иметь твердый и оптимистичный взгляд на потенциал группы;

2. быть уверенным в себе и создавать ощущение, что в группе происходят какие-то позитивные изменения;

3. творить моменты, когда все становится возможным: директор в состоянии создать атмосферу волшебного творчества;

4. создавать атмосферу, в которой неизвестное, не проговоренное, не рожденное, не случившееся оказывается столь же важным, как и все, что в жизни произошло. Психодрама делает акцент на том, что не случилось, чему жизнь не дала возможности произойти;

5. обладать подлинным ощущением игры, удовольствия, свежести и уметь воплощать и юмор и пафос;

6. знать изначальные идеи, мечты и фантазии Морено и быть способным воплотить их в действии;

7. иметь склонность к риску; уметь оказать поддержку, стиму­ли­­­ро­вать,­ а иногда и провоцировать клиента на терапевтическую работу;

8. уметь индуцировать в других ощущение спонтанности и творческого полета, которые приводят к личностным изменениям".
Tags: мнение коллеги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments