August 15th, 2020

Романтика по-московски.

Ну или по-Кортневски, что для меня (наверно) синонимы. Да и в целом, в моём окружении (относительно моём, относительно окружении) оно звучит примерно-приблизительно так. В этих контекстах и смыслах :))


И, вдогонку к клипу "говорит и показывает Москва" от Ольги Викторовны для Ирины. Другая сторона московской романтики.Collapse )
Юность
  • leftbot

Что она пишет?! Что пишет?

Что она пишет?! Что пишет? «Мужчина утратил главенство в семье. Почему?» И дальше дама топит панегирик за патриархата. Длинная цитата: «Социальные установки больше не требуют от мужчины исполнения обязанностей отца и мужа – разводы, отказ от отцовства, невыплата алиментов, неучастие в воспитании детей - современный вариант нормы. У женщины нет никаких гарантий, что мужчина в любой произвольно взятый момент времени не развернется к более молодой и привлекательной подруге и хорошо, если не выгонит жену с надоевшим потомством на улицу. Ещё сто лет назад такие гарантии у супруги, к слову, были - в патриархальном обществе мужчина, оставивший жену и детей, подвергался всеобщему порицанию». Почему-то мне кажется, что мужчине, который в любой момент может выгнать жену с надоевшим потомством на улицу ради любовницы, плевать на «всеобщее порицание» как тогда, так и теперь. Дальше: «В наши дни наличие мужчины в семье зачастую означает для женщины необходимость нести и мужские и женские обязанности, зарабатывать на жизнь, ухаживать за детьми, тянуть быт, а заодно обихаживать и ублажать взрослого дееспособного человека». Но это надо понимать так: в наши дни наличие в семье мужчины, которого надо материально содержать, ублажать и обихаживать означает для женщины необходимость нести и мужские и женские обязанности. Но если в патриархальном обществе такой семье мгновенный кирдык, то в наши дни женщина с трудом и причитанием об утраченном золотом веке кое-как справляется. Хотя бы потому, что может работать, а не только зарабатывать древнейшим промыслом.
Ну что делать! Был золотой век патриархата, и нет его. «Экономических предпосылок для возврата к патриархальным отношениям нет. Одного требования «киндер-кюхен-кирхе» недостаточно. Женщина не испытывает почтения перед мужчиной, оставляющим её наедине с трудностями, не исполняющим мужской долг. А мужчина не хочет бороться за власть со строптивой, непокорной и независимой амазонкой».
Вывод из сего опуса: «Факт принадлежности к мужчинам или женщинам больше не означает бесспорного права защищать или быть защищенным, работать головой или шеей, главенствовать или подчиняться. Хочешь - не хочешь, а договариваться придется».
Дело в том, что я очень хорошо знаю эту даму. Так и тянет написать «девушка». Но нет, уже не девушка. 46 лет, мать двух взрослых дочерей. Очень талантливая поэтесса. Пишет прозу, но, каюсь, я не читала. Человек не стандартной и непростой судьбы. Я её знаю с 97 года. Она посещала моё ЛИТО. Одно время пыталась называть меня своим учителем. Но я не люблю играть в такие вещи, меня коробит. Я не учила её писать классные стихи. Она с ними уже пришла к нам. Если что я для неё и сделала, то только то, что сказала: стихи хорошие. Но иногда и этого много. Но если я не захотела влезать на постамент Учителя, то был момент, когда меня попытались засунуть под плинтус. А нет, я шасть в сторону. В эти игры я тем более не играю.
И вот вижу образцы Никиной прозы в Дзене, у этого текста 7,4 тыс. дочитываний. Ника умеет задевать нужный нерв: патриархат был раем для женщин, но, увы, рай закончился, надо как-то жить дальше.
Так вот. Про права и обязанности. Разумеется, права и обязанности как-то связаны. Но если кто-то думает, что получивший права получает обязанность больше и лучше трудиться, то он — идеалист, мягко говоря. Получивший права получает только одну обязанность — удерживать эти права. А вот все прочие обязанности, в том числе и больше и лучше трудиться, он делегирует бесправным.
Об этом надо помнить прекраснодушным дамам, которые топят за патриархат. Вот, мол, всю жизнь ей приходилось не жить, а выживать, и думать: как прокормить детей. А был бы патриархат — сидела бы принцессой на горошине.