abumailo (abumailo) wrote in rabota_psy,
abumailo
abumailo
rabota_psy

Categories:

Борис Акунин. Счастливая Россия



Общее название проекта: "Семейный альбом".
Пока в нем вышли четыре книги:
Аристономия - десятые годы 20 века
Семейный альбом - двадцатые
Счастливая Россия - тридцатые
Трезориум - сороковые
Вроде обещал, что будет продолжение, до наших дней.

На мой взгляд, самый удачный цикл из всех, даже лучше Фандорина, последние книги которого он дописывал откровенно на отвяжись.
Я пока дочитала третью - запоем, очень понравилось, и приступила к четвертой. И одновременно с полученным удовольствием - спорно, раздражающе, буквально на каждое слово хочется возразить и привести контраргументы. Даже на каждую картинку, где фотографии тридцатых годов закрашены почему-то не чернилами, а фиолетовым шариковым стержнем.

Наивные проекты на тему "как нам обустроить Россию".
"Что касается России, то здесь могут проявиться оба вида сепаратизма – как полезный, так и вредоносный. Я вполне допускаю, что территория Федерации несколько сократится по своим окраинам, если сохранится столь же существенное отличие в образе жизни, традициях и нормах обитающих там этносов. Я имею в виду такие инокультурные анклавы, как бывшие Бухарское и Хивинское ханства, некоторые степные азиатские и горные кавказские сообщества, насильственно присоединенные к империи менее века назад. Возьмем для примера Кавказ, некоторые народности которого чтут закон шариата, этически оправдывают и даже героизируют кровную месть, совершенно иначе понимают институт семьи и не мыслят своего существования без кланово-родственной солидарности. Как все это совместить с конституцией и законами демократического, светского, либерального государства, каким, я надеюсь, станет будущая Российская Федерация? Ответ один: если нравы и обычаи этих народностей к тому времени не переменятся – никак. Пусть живут сами по себе, как им привычнее и удобнее, а Россия будет по-добрососедски сосуществовать с ними – это лучше и для нее, и для них."

Читая такие перлы, каждый раз думаю: интересно, ему платят, или он идейный и правда так думает? Конечно же эти добрые соседи будут мирно сосуществать с наивными прекраснодушными хипстерами-демократами, как же иначе. Не полезут ни убивать, ни грабить, будут в пределах границ заниматься мирным трудом землепашцев.

"Из беседы с вами, дорогие сомысленники (не люблю слова «соратники», поскольку оно происходит от воинственной «рати»), я знаю, что двое из вас убежденные атеисты, один называет себя агностиком, то есть сомневающимся, а стало быть, тоже не верует, и лишь уважаемый председатель с определенностью поддерживает религиозную идею, считая веру и церковь – я цитирую – «полезным инструментом для поддержания личной и общественной нравственности». Я думаю, что это принципиальное заблуждение. Вера в Бога нужна не для того, чтобы человек «вел себя прилично», страшась посмертной ответственности за так называемые грехи. Если в результате усилий наших с вами последователей жизнь на планете Земля когда-нибудь устроится идеально разумным и гуманным образом, люди и так станут «вести себя прилично», ибо исчезнут несправедливость, неравенство, принуждение, бедность и прочие жизненные обстоятельства, порождающие зло. Значит ли это, что Бог станет человечеству уже не нужен или, скажем так, менее нужен ? Человечеству – может быть. Я не знаю про всё человечество. Но каждому отдельному человеку без Бога жить все равно будет невозможно… Нет, не то чтобы совсем невозможно – многие ведь и сегодня существуют без Бога… А будет тускло, бедно, приземленно. У неверующего что сегодня, что в отдаленном прекрасном будущем, жизнь – это тропинка от родильного дома до кладбища. И даже если она станет гладкой и тенистой, с чудесными видами на ландшафт, это все равно не более чем путь из точки А в точку Z. Более того, это очень (не могу подобрать точного слова) мелочный путь – словно путник следит только за тем, как его ноги делают шаг за шагом, не ломая себе голову над главным вопросом: а куда он вообще идет? И откуда? И зачем? Простите меня, но в такой жизни нет принципиального отличия от существования животного."

Это все-таки ужасно, когда убежденный атеист пытается говорить от имени верующего. Что в Пелагии монахини и сам отец-настоятель задаются вопросами бытия на уровне советского октябренка, типа космонавты на небо летали, а никакого бога там не видели, что здесь - лихо берет на себя божественные функции отмеривать на земле пропорции добра и зла.

И на фоне этих размышлений основной вопрос эпохи: можно ли предать дальнего ради спасения ближнего?
Сюжет как бы подводит к тому, что нет, ближнему это уже не поможет, а сам, вступая в сделку с темными силами, всегда останешься в дураках. Не перехитрить, не обойти, заранее проиграл.

Спойлер, кто хочет сначала прочитать книгу - сюда не ходите)
[Spoiler (click to open)]Раскрыли кружок заговорщиков с антисоветскими речами, взяли всех кроме Иннокентия Баха, который накануне арестов уехал в неизвестном направлении. Антон был последним, кто с ним виделся: он доставал ему билет на поезд через свои служебные каналы. Но сначала на допрос вызывают не его, а жену, и предлагают ему сделку: ее отпустят, если он скажет, где искать Баха. После недолгих моральных терзаний Антон выбирает предать не очень близкого знакомого и спасти любимую жену. Но жертва оказалась напрасной: Мирра к тому времени уже была мертва, погибла во время допроса (если оставить этот момент на совести Акунина и допустить, что в созданной им параллельной вселенной кровавый режЫм именно так и лютовал).

Снова проблема страшного выбора, которая всплывает у нас уже в которой теме: кем пожертвовать, ближними или дальними, своей честью или людьми, которые от тебя зависят.
Я не знаю, как поступила бы сама на практике в подобной ситуации. Может потребовала бы каких-то письменных обязательств, не полагаясь на пустые слова. Может быть, дождалась бы официального вызова в органы - будет время еще раз подготовиться и продумать линию поведения, на понт не возьмут. А что еще тут можно сделать? Это в теории с теплого дивана хорошо рассуждать, пока самих не коснулось.

Из собственной семейной истории - от "сталинских репрессий" пострадала моя тетя, сестра отца. Я о ней только слышала, никогда не встречалась, потому что она как отсидела 10 лет в лагерях, потом еще сколько-то лет лишения в правах за 101 километром, там и осела на постоянное жительство и в Москву не возвращалась. Она в войну работала в домоуправлении, или как оно тогда называлось, распределяла хлебные карточки. По инструкции должна была даже выходя на минуту из комнаты прятать их в сейф под замок, а как-то раз отвлеклась, забыла их на столе - тут же и сперли.
И она пришла домой и сразу стала собирать узелок с сухарями и сменой белья, потому что понятно было, чем дело кончится по законам военного времени, целый район оставить на месяц без хлеба.
Отношение всех родственников было как к несчастью, но без возмущения несправедливостью и жестокими временами. Примерно как пошел человек на красный свет, попал под машину и остался инвалидом. Жаль его, но кто же виноват - сам дров наломал, сам и неси последствия.

Не берусь судить, часто ли было по-другому, когда страдали совсем невиновные ради галочки для раскрываемости заговоров, приуроченной к революционным датам. Мне кажется, Акунин все-таки приукрасил ради пущей художественности. Смерть обвиняемого во время допроса - в любые времена это не обыденный эпизод, а из ряда вон выходящее чп с полетевшими головами и креслами. Даже от большой злости никто не стал бы рисковать теплым местом, подставляться и давать собирать на себя компромат.

В комментарии призываются почитатели Акунина, любители истории и все желающие.
Tags: книги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 36 comments