Артур Малинин (a_malinine) wrote in rabota_psy,
Артур Малинин
a_malinine
rabota_psy

Category:

Юджин Джендлин

Цикл материалов в формате "открытые двери", комментировать могут все желающие.
Цитируется по Дехтяр И.  "Психотерапевтическая мишень в психотерапии"
или как повысить эффективность работы психотерапевта, зная маленькие  секреты профессии.
Ростов-на-Дону, Минитайп, 2005.


Глава седьмая. Юджин Джендлин

Юджин Джендлин. Это имя в ссылках не часто встречается. А зря.

Сначала несколько слов для тех, кто о его «Фокусировании» ничего не знает.

Юджин Джендлин - американский философ, психолог и психотерапевт, профессор Чикагского университета. Джендлин известен своими исследованиями в области феноменологической психологии. За большой вклад в развитие психотерапии был удостоен звания "Выдающийся профессиональный психолог года", присуждаемого Американской психологической ассоциацией.

В психотерапевтическом мире наибольшую известность Джендлину принесла разработка терапевтического метода фокусирования.


"Пока мы не станем более восприимчивыми к телесной энергии как таковой, мы не сможем отмечать возникающие энергетические изменения. Когда появляется позитивное изменение, тело клиента часто остается в спокойном, восприимчивом состоянии. Когда формируется новый образ жизни и присущая ему энергия начинает течь свободно, человек отмечает изменения, появляющиеся в его теле. Плечи распрямляются, человек начинает делать широкие шаги, действительно чувствуя в себе прилив новой энергии, -как будто вдыхает глоток свежего воздуха. В теле возникает чувство облегчения, словно оно получает подтверждение своего права быть, права существовать на земле и быть освещенным солнцем. Новая энергия возникает в теле и проявляет себя таким образом, который она сама изберет".

Юджин Джендлин "Фокусирование"

Может конечно Джендлин и феноменолог но и судя по его книге, райхианец и гештальтист. А самое главное – философ. И прежде всего его интересует развитие как таковое. Теоретически Джендлин исходит из утверждения, что история жизни и проблем остается в виде «чувствуемого ощущения» или в другом переводе «ощущаемого смысла», который находится на границе между осознаваемым и неосознаваемым. А раз ощущение – то в теле. И этот «ощущаемый смысл» клиент может исследовать, если сконцентрируется на ощущениях, которые соответствуют проблемному состоянию, как бы сфокусирует свое внимание и исследовательский процесс сначала на том где конкретно в своем теле он это ощущает, и пойдет по пути поиска информации, об этом ощущении фокусируясь на самом ощущении, просто ожидая пока не сработает ассоциативный механизм и ощущение не приведет к воспоминанию и переживанию. А дальше, по мнению автора, информация освободит энергию переживания, и проблема будет осознана и прожита. Пусть болезненно, но прожита. И перестанет быть тормозом на пути «Хочу и могу».

Все конечно сложнее, и для тех, кого это заинтересует, рекомендую прочесть книгу Джендлина «Фокусирование», вышедшую в издательстве «Класс».

И еще, именно Джендлин ввел понятия «тупиковая дискуссия» и «застывшая эмоция» как знака остановки в естественном развитии и тормоза в психотерапевтическом процессе.

А пока процитируем небольшой, имеющий отношение в понятию «терапевтическая мишень», кусочек стенограммы (хотя, наверное, расшифровки магнитной записи) терапевтической сессии которую проводит Джендлин. Буквы К и П это клиентка и психотерапевт.


К1: Я все думала об этом по дороге... Мне не кажется, что я так уж плохо о себе думаю...

П1: Вот... Вы спрашиваете... Почему у вас такая низкая само­оценка?

К2: М-да...

П2: Ну, может, и не спраши­ваете, если быть точным.

Переспросил и исправился. Метод того требует. Метод построен на минимуме интервенций, и интервенции не смысловые, а энергизирующие.

КЗ: Я видела сон. Мы были вдвоем с этим парнем (пауза)... Это был очень приятный сон... Да, действительно приятные от­ношения... И когда я вспоминала
этот сон на следующий день, я спрашивала у себя, почему у меня не складываются такие отноше­ния... Не думаю, что этот парень на самом деле находит во мне что-то неприятное. Еще я думала, почему так часто пропускала заня­тия. В самый ответственный мо­мент я тяну, трясусь от страха и наконец все бросаю.

Он конечно автор метода и ему виднее, но я бы уже зацепился. Клиентка дала описание состояний в кинестетическом виде. «Я тяну, трясусь от страха» И вполне уместен вопрос.

«Тянете, трясетесь от страха. Это метафора или реальные ощущения»? Если метафора -пойдем дальше, если реальные ощущения – можно за них зацепиться и идти в этом направлении. Ведь тогда это реальные ощущения, соответствующие тому, что останавливает желаемое поведение. В терминах мишени «не могу потому что»… Джендлин идет дальше.

ПЗ: Вы говорите, что между этими двумя вещами (между про­пусками занятий и проблемами в отношениях с мужчинами) есть нечто общее.

К4: Да, у меня масса отговорок и оправданий, почему я никогда не делала всего возможного...

П4: В самый ответственный момент что-то сдерживает вас.

К5: Да.

П5: И наиболее подходящее слово для вашего состояния — "испуг".

Крутимся вокруг «трясусь от страха». Ищем, как конкретно этот испуг действует на уровне телесных проявлений. И правильное ли это слово «испуг» по отношению к ощущениям клиентки.

Кб: Да, да... Гм... меня как бы что-то оттаскивает, и я отступаю...

П6: "Отступать" — наиболее подходящее слово, не так ли?

К7: Испуг — это нечто более поверхностное, чем отступление. Испуг возникает, когда какая-то часть меня самой говорит: "Ты знаешь, что тебе действительно необходимо сделать это..."

П7: Мы не знаем, что вас от­таскивает; во всяком случае, это не испуг сам по себе.

К8: Да, испуг — это результат.

П8: Итак, мы не знаем, на что в действительности похоже ваше чувство отступления и что именно внутри вас стремится отступать.

Очень важный момент. Маленькая интервенция. Диссоциация. То, что внутри меньше чем я весь. Это какая то часть. И связка между когнитивным, вербальным уровнем и уровнем телесных ощущений.



К9: Я думаю... Ага... Это свя­зано с тем, что мне не хочется подвергать себя проверке... испы­тывать свои возможности... Я бо­юсь, что плохое подтвердится.

П9: Можете ли вы почувство­вать, как вас оттаскивает, и вы отступаете, если представите, что смело идете вперед?

Клиентка похоже ныряет в кратковременное трансовое состояние и ассоциативно получает информацию о неадаптивном способе борьбы с неприятными переживаниями.

К10: Да, сейчас я могу. Отступ­ление — в "травке". Это именно то, что она дает.

П10: В "травке"?..

К11: Да, "травка", марихуа­на — это самое лучшее, куда мож­но отступить.

П11: Самое лучшее место, куда можно отступить?

К12: Да. Однако если я не по­дойду к критической черте, у меня не появляется необходимости от­ступать.

П12: Однако пока не перейдете эту черту, вы не можете прове­рить, что находится за ней — хо­рошее или плохое. Но вы пуга­етесь того, что можете там обнару­жить.

Терапевт косвенно предлагает процесс исследования ощущений которые неприятны для клиентки. И намекает что то что та информация которая стоит за неприятными переживаниями не всегда бывает такой уж страшной.

К13: Правильно!

П13: Я хотел бы узнать, како­во оно, ощущение "оттаскива­ния". Вы можете снова почувство­вать это сейчас?

К14: Да, могу.

П14: Давайте слегка прикос­немся к этому чувству и посмот­рим, что получится.

(Короткая пауза.)

К15: Испуг... Как будто мир пытается укусить меня или что-то в этом роде... (Смеется.)

П15: М-да... Ну, хорошо. (Более длительная пауза.)

KI6: Очень странно. Одно чув­ство как бы лежит в основе друго­го, и именно об этом я пытаюсь сказать

Терапевт просто переформулирует слова клиентки и следует за ней, позволяя ее самостоятельно прийти к интерпретации событий, к тупику, который не пускает ее дальше. Потом вместе с ней ищет, что соответствует событию и/или переживанию в теле, фокусирует клиента на этом переживании, позволяя ему увидеть, что есть нечто большее, чем его, клиента интерпретация, и предлагает это клиенту исследовать. Правильно это, не правильно, почему это произошло, Джендлина не интересует. Джендлин - феноменолог. Его интересует только факт в изложении клиента. Но Джендлин психотерапевт. И он знает, что цель терапии - развитие. Джендлин – философ ввел в психотерапию термин «тупиковая дискуссия». Наверно надискутировался с коллегами. Джендлину феноменологу понятно, что он субъективный идеалист, и как всякого философа такого направления его, прежде всего, интересуют способы получения и хранения знания, а не его истинность. Джендлина психолога интересует что есть «тупиковое» знание, а Джендлина психотерапевта - как их тупика выйти при условии, что тупиковое знание для клиента – истина. И если ее и опровергать, то только силами самого создателя тупиковой истины.

Вот еще пример из работы Джендлина.


Клиентка, проходившая долгосрочную психотерапию, начала пси­хотерапевтическую сессию с краткого упоминания об одном, казалось бы, незначительном событии. Ее ребенок испек для нее кекс, про­явив при этом фантазию и изобретательность. Психотерапевт знал, что клиентка очень беспокоится о ребенке, для нее так важно проявление его творчества, а не внутренней ущербности и замкнутости. Однако клиентка просто упомянула историю с кексом мельком, перед нача­лом сессии. Когда сессия началась, она поторопилась перейти к сво­им главным проблемам, с которыми проводилась работа, и поэтому психотерапевт сказал следующее:

П: Подождите, вы должны радоваться, что ребенок смог сделать это! Позвольте радости проникнуть в вас поглубже.

К (Недолгое молчание, потом вздох.): О, да!

Психотерапевт считает, что следующая часть проводимой им рабо­ты будет более эффективной, если приятная новость станет физичес­ки ощутимым потоком энергии. В результате тело клиентки будет более сильным, более живым, с ним она сможет работать над любой задачей.

Это уже из теоретических представлений автора. Может да, а может, нет. Бог (гештальт) его знает. Но есть мишень «клиентка очень беспокоится о ребенке, для нее так важно проявление его творчества, а не внутренней ущербности и замкнутости».

И есть работа с мишенью: «Подождите, вы должны радоваться, что ребенок смог сделать это! Позвольте радости проникнуть в вас поглубже.

К (Недолгое молчание, потом вздох.): О, да!»

Может это и не главная мишень сейчас, но маленький опыт удачи в терапии не помешает.


Еще пример:

Клиентка долго рассказывает, что ей всегда прихо­дилось ждать, пока отец заметит и услышит ее. А теперь она говорит:

К: Я говорила ему (мужчине, с которым у клиентки было назначено свидание) и говорю вам, что больше не стану ждать и буду сама при­нимать решения.

Я: Итак, вы говорите на всех уровнях, что не будете больше ждать.

К: Да. (Клиентка понимает, что фраза психотерапевта "на всех уровнях " относится к мужчине, с которым у нее назначено свидание, к психотерапевту и к ее отцу.) Когда я звонила, он всегда был занят, и...

П (прерывая ее): Подождите, вы сказали очень важную вещь. Вы не будете больше ждать!

К (Тишина, потом она плачет): И это очень много для меня.

То, что проявилось в данный момент, настолько важно, что пси­хотерапевт решает прервать клиентку. Он ожидает проявления явно положительной энергии. Напротив, клиентка испытывает глубокое потрясение, глубже осознавая, что именно означал сделанный ею шаг.

Феноменолог и исследователь в Джендлине побеждает всезнайку терапевта.

Маленькое лирическое отступление. Я думаю, что главными небожителями в психотерапии пока остаются Фрейд и Перлз. Зигмунд создал психотерапевтическую теорию и психотерапевтическую науку. Оторвал душеведение от физиологии и религии. А Фриц создал эффективную практику. Человеческую и демократическую. Без причуд в виде мифологии, которая якобы основа коллективного бессознательного. Был, конечно, в то время классический гипноз, тоже эффективная психотерапия, но без теории, и уж очень недемократично. Свободу человека самопроявляться и быть ответственным за себя, свободу осознанного выбора классический гипноз ограничивал. Тем более считалось что эффективны только сомнамбулические состояния. И до сих пор такой гипноз у многих ужас вызывает.

А Перлз, (да и Фрейд) работая, с теми же самыми трансовыми состояниями, делал это без сомнамбулизма. Фрейд считал что проблемы - наследие эволюции природы и культуры.

А Фриц - последствия личной истории. С эволюцией мира не поборешься. А преодоление последствий личной истории человеку вполне по силам.

Единственно, но это уже проблема не Фрица, слово «гештальт» для русского языка тяжелое. Я не знаю, слово «гештальт»-это зарегистрированная торговая марка или нет.

Но если бы у нас в России вместо этого пугающего немецкого слова появилось бы русское

«целостность», может и клиентов было бы побольше. Представьте себе «Иван Петров-целостный психотерапевт». Или «Сергей Иванов- директор института психологической целостностности».Хотя надо признаться некоторые мой коллеги со мной не согласны. Говорят в слове «гештальт» есть, что то основательное, да и установка у нашего человека всему импортному доверять.

Ну да ладно, вернемся к психотерапии. Приводимый мной здесь пример из Джендлина мне кажется ближе всего к гештальту. В гештальте работе с движениями и ощущениями придается большое значение, ибо это есть одно из проявлений проблемы. И осмыслению движения или ощущения, и установке ассоциативных связей между движением, ощущением и воспоминанием. В чем разница? В изначальной установке не только на конкретный поиск точки приложения совместных усилий терапевта и клиента, но и на задание движения. А задание движения для Джендлина и есть цель психотерапии. Джендлина не интересует содержание переживаний. Его интересует окончание тупиковой дискуссии клиента с самим собой и появление новой мотивации. А есть мотив - все остальное подтянется. Всему остальному можно научиться. Но только в том случае если мотив действительно один, и не вступает в противоречие с другим неосознаваемым мотивом. Вот пример из Джендлина.


«Клиентка жаловалась, что в детстве вокруг нее не было женщин, которые могли бы стать подходящим примером для подражания. Когда она рассказывает об этом, обращаясь к воз­никающему в это время телесному ощущению, становится ясным, какой вред причинило отсутствие таких образцов. Клиентка подробно и ярко рассказала о том, чего ей не хватало. Воображаемые образцы, которым ей так хотелось подражать, были настолько живыми, как будто они действительно присутствовали здесь. Это присутствие можно было бы почувствовать еще конкретнее, если бы клиентка не была так наполнена печалью, гневом и сожалением. Уже не раз она испытыва­ла эти давние печаль и гнев. И пока они владели ее телом, она была не в состоянии чувствовать себя так, как должна была бы чувствовать, согласно образцам этих моделей для подражания. Психотерапевт, умеющий работать с телесной энергией, знает и то, что клиентка мо­жет физически чувствовать, какой она должна быть в соответствии с этими образцами для подражания, если бы ее телом не владели столь хорошо знакомые чувства гнева и сожаления.

Она упоминает о женщине, которая могла бы стать хорошим об­разцом для подражания: "Если бы кто-нибудь, подобный ей, находился возле меня в детстве..." Я говорю в ответ: "Представьте, что эта жен­щина присутствует прямо здесь, сейчас". Клиентке удалось почувство­вать это совершенно осязаемо — как изменение во всем теле.

Я провел определенную работу, чтобы помочь женщине сохранить это чувство в течение нескольких минут, а также научил возвращать его, если оно пройдет.

Затем я спросил ее, знает ли она в реальной жизни хоть одну жен­щину, соответствующую этому образцу.

К: Да, это X и Y. Получилось так, как я хотела. Я чувствую при­сутствие этих трех женщин (первой женщины вместе с X и Y); они здесь, возле меня, все время...

По мере того как клиентка говорила, телесное ощущение рассея­лось и она снова начала жаловаться. Я опять спросил, какие ощуще­ния она испытывает в теле, если эти три женщины присутствуют пря­мо здесь. После этого у нее полностью изменилось ощущение собственного тела.»

Мы уже говорили в первой главе, что сам метод не есть предмет нашего исследования. Методы мы считаем равными по эффективности, иное во всяком случае не доказано.

Самое характерное для приведенного отрывка из Джендлина так это то что слова клиентки о том что ей нужно «для полного счастья» терапевтом восприняты именно так как они были сказаны. Если клиентка говорит что именно «в детстве вокруг нее не было женщин, которые могли бы стать подходящим примером для подражания» и что именно это мешает ее сейчас в обретении того чего ей нужно, терапевт именно этим и заниматься должен. Далее в рамках своего любимого метода. Джендлин делает это в рамках «фокусирования». Гештальт или гипноз могли бы делать это тысячами своих способов. Но им для этого надо было бы более точно поискать мишень. В данном случае клиентка сделала за терапевта большую часть работы - построила сценарий выздоровления и нашла в своем мифе способ обретения чего то важного чего у нее сейчас нет. Джендлин помог ей почувствовать телом ее фантазии. А тело ответило новыми эмоциями. Клиентка же не только на словах этого хочет. Ей важны эмоции которые она при этом бы испытывала. Эти эмоции дают ей смысл. Она чувствует себя другой. А, оказывается, эмоциям можно научиться с помощью телесных ощущений. И ни в какое детство возвращаться не надо, тем более, что «машины времени» пока нет.

А я бы поисследовал, что именно она хочет обрести с помощью опыта заимствованного у других. Чему конкретно в этих женщинах она хотела бы подражать. Получил бы ответ, и спрашивал бы дальше, для чего ей нужно это нечто, чего у нее нет, и есть в опыте референтных женщин. А потом в ее историю… Или в ее фантазии о будущем. А в теории Джендлина это не очень нужно. И появляется недоказанное

«Когда она рассказывает об этом, обращаясь к воз­никающему в это время телесному ощущению, становится ясным, какой вред причинило отсутствие таких образцов. Клиентка подробно и ярко рассказала о том, чего ей не хватало.(Для чего не хватало? прим. Автора) Воображаемые образцы, которым ей так хотелось подражать, были настолько живыми, как будто они действительно присутствовали здесь. Это присутствие можно было бы почувствовать еще конкретнее, если бы клиентка не была так наполнена печалью, гневом и сожалением».

Гнев, печаль и сожаление, которые клиента чувствует - правда. А остальное - теория. Если, в результате терапии, эти чувства поменялись на менее болезненные – есть успех. Или надо работать дальше.

Чем для меня хорош Джендлин? Прежде всего, практичностью. Фокусирование - абсолютно рабочий терапевтический метод. И один из немногих методов самотерапии, которыми с удовольствием пользуюсь я сам, и клиенты, которые этому методу научились.

И еще один важный аспект. Фокусирование позволяет терапевту достаточно точно работать с терапевтической мишенью в тех случаях, когда клиенту хотелось бы сохранить конфендециальность. Большое достоинство метода. В экстренной и краткосрочной психотерапии. В моей практике есть случаи работы с действующими офицерами силовых структур. Для них этот метод очень экологичен. Согласитесь боевому офицеру рассказывать о своей панике как-то страшновато. Иногда содержание психотерапевтической сессии может вступить в противоречия с законом о государственной тайне. И алкоголем страхи снимать страшновато. Тем более что алкоголь в некоторых структурах не поощряется. А стоит сказать человеку что, на самом деле ему вообще о своей проблеме не обязательно рассказывать, и что достаточно уже того, что он пришел на терапию и что просто вместе со мной мы пройдем некоторые упражнения, для которых требуется только его внимательность к мелочам – картина меняется. Контакт! Есть контакт! От винта, и полный газ на взлет.

Спасибо Юджин.


Полностью- по тэгу "Секреты профессии".
Tags: секреты профессии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment