Артур Малинин (a_malinine) wrote in rabota_psy,
Артур Малинин
a_malinine
rabota_psy

Category:

Ирвин Ялом.

Цикл материалов в формате "открытые двери", комментировать могут зарегистрированные пользователи ЖЖ.
Цитируется по Дехтяр И.  "Психотерапевтическая мишень в психотерапии"
или как повысить эффективность работы психотерапевта, зная маленькие  секреты профессии.
Ростов-на-Дону, Минитайп, 2005.


Глава шестая. Ирвин Ялом.


Биографию разбирать не будем. И заслуги тоже. Будем очень кратенько, на одном примере заниматься сутью вопроса. Терапевтической мишенью.

Заранее прошу прощения за наглость, которая проявится в разборе того, что мне кажется его ошибками. К сожалению, имею такую наглость. Но он сам разрешил.

«Но когда Тельма в самом начале нашей первой встречи сказала мне, что она

безнадежно, трагически влюблена, я, ни минуты не сомневаясь, взялся за ее

лечение. Все, что я заметил с первого взгляда: ее морщинистое семидесятилетнее лицо с дряхлым трясущимся подбородком, ее редеющие неопрятные волосы, выкрашенные в неопределенно-желтый цвет, ее иссохшие руки с вздувшимися венами говорило мне, что она, скорее всего, ошибается, она не может быть влюблена. Как могла любовь поразить это дряхлое болезненное тело, поселиться в этом бесформенном синтетическом трико?

И действительно как могла. Ведь любовь это удел молодых и сильных. Она же для продолжения рода и поэтому у стариков ее не бывает. Старики должны тихо доживать, ухаживая за цветочками.

Кроме того, где ореол любовного наслаждения? Страдания Тельмы не удивляли меня, поскольку любовь всегда бывает смешана с болью; но ее любовь была каким-то чудовищным перекосом - она совсем не приносила радости, вся жизнь Тельмы была сплошной мукой.

Повезло доктору Ялому. Никто из тех в кого он был влюблен, никогда его не отвергал. Его никогда не бросали. И женщины ему никогда не изменяли. Идиллия. И еще у него до этого никогда не было клиентов безнадежно и трагически влюбленных в недостижимое.

Это не по-американски. Согласитесь, влюбленная старуха смешна и глупа. Может быть даже чуть омерзительна для «молодого» доктора. Особенно если у неё тело не сексуальное а «дряхлое болезненное тело», да еще и «в этом бесформенном синтетическом трико»?

Но что делать клиентов не выбирают особенно там, где работаешь по гранту в исследовательской программе.


Таким образом, я согласился лечить ее, поскольку был уверен, что она страдает не от любви, а от какого-то редкого извращения, которое ошибочно принимает за

любовь. Я не только верил, что смогу помочь Тельме, но и был увлечен идеей, что эта ложная любовь поможет пролить свет на глубокие тайны истинной любви…»

Это начало первой новеллы из его книги «Лечение от любви и другие психотерапевтические новеллы».

А вот конец первой новеллы.


«После ухода Гарри я сидел усталый, разбитый и злой. Боже, ну и парочка! Избавь меня от них обоих! Какая ирония во всем этом. Старый кретин хочет вернуть "свою прежнюю Тельму". Неужели он так "рассеян", что даже не заметил, что у него никогда не было "прежней Тельмы"? Прежняя Тельма отсутствовала последние восемь лет, целиком погрузившись в фантазии о любви, которой никогда не было. Гарри не меньше, чем Тельма, жаждал погрузиться в иллюзию. Сервантес спрашивал: "Что предпочесть: мудрость безумия или тупость здравого смысла?" Что касается Тельмы и Гарри, было ясно, какой выбор они сделали.

Но проклятия в адрес Тельмы и Гарри и жалобы на слабость человеческого духа -

этого хилого существа, не способного жить без иллюзий, сладких снов, лжи и

самообмана - были плохим утешением. Настало время взглянуть правде в глаза: я, без сомнения, загубил все дело и не должен сваливать вину ни на пациентку, ни на ее мужа, ни на человеческую природу».

Так что извините Ирвин. Подчеркнул я мифы того Вашего времени. Вот как вы сами их объясняете и оправдываете:

«В самом деле, большая часть моих терапевтических взглядов и мои основные интересы в области психологии выросли из моего личного опыта. Ницше утверждал, что любая философская система порождается биографией философа, а я полагаю, что это верно и в отношении терапевтов, во всяком случае, тех, кто имеет собственные взгляды»

На мой взгляд, еще одна очень важная для понимания мифов Ирвина Ялома цитата:

«Возможно, мое единственное терапевтическое кредо состоит в том, что "не стоит жить, если не понимаешь, что с тобой происходит"».

То есть не стоит жить, если не понимаешь, не интерпретируешь, факты как Ирвин Ялом. А всех кто не умеет и не хочет рефлексировать куда?

Понимаю, что такое вырывать фразы из контекста. И поэтому, дорогие коллеги, советую эту книгу перечитать или прочитать. Книга честная и умная. Вот что автор пишет в предисловии. Только одна маленькая цитата:

«Например, вправе ли я ожидать, что пациент сможет справиться с той проблемой, решения которой я сам всю жизнь избегал? Могу ли я помочь ему продвинуться дальше, чем смог я сам? Должен ли я ставить перед мучительными экзистенциальными вопросами, на которые у меня самого нет ответа, умирающего человека, безутешную вдову, мать, потерявшую ребенка, опасного изгоя с потусторонними видениями? Могу ли я обнаружить свою слабость перед пациенткой, которая смущает меня и порождает соблазн? Способен ли я установить искренние и заинтересованные отношения с безобразной толстухой, внешний вид которой меня отталкивает? Должен ли я во имя торжества самопознания разрушать нелепую, но стойкую и удобную любовную иллюзию старой женщины?

Однако вернемся к разбору того, что мне кажется, произошло с терапевтом и его пациентом в новелле «Лечение от любви».

Сначала анамнез.

Клиентка по имени Тельма, 70 лет, замужем, двадцать лет лечится от депрессии, причины депрессии автор не описывает, лечение комплексное, медикаментозное и психотерапевтическое, стационарное и амбулаторное. Восемь лет назад была суицидальная попытка, без демонстративно шантажных проявлений, подготовленная и спланированная. Спасли клиентку только благодаря мужу, который, находясь вне дома и почувствовав неладное в поведении жены, после телефонного разговора обратился за помощью к соседям, которые и вызвали скорую помощь. Одиннадцать лет назад ее терапевтом стал молодой стажер по имени Метью. Терапия проходила двадцать месяцев и по отзывам клиентки впервые за все эти годы была для нее эффективной. Депрессия послабилась состояние улучшилось. После этих двадцати месяцев терапевт перешел на другую работу и его контакт с клиенткой прекратился.

Восемь лет назад терапевт и клиентка случайно встретились в городе. И вступили в интимные отношения. Собственно половой контакт был один раз. Инициатива исходила от клиентки. В дальнейшем половые контакты не получались из-за отсутствия эрекции у мужчины. Однако отношения приобрели романтически-платонический характер и продолжались двадцать семь дней. Прекратились по инициативе мужчины. Вот как описывает свой запрос на психотерапию сама клиентка:


«Восемь лет назад у меня был роман с моим терапевтом. С тех пор я не могу избавиться от мыслей о нем. Один раз я уже почти покончила с собой и уверена, что в следующий раз мне это удастся. Вы - моя последняя надежда».


За эти восемь лет клиентка сменила пять психотерапевтов. Однако продолжает настойчиво искать контактов с объектом своей привязанности. При этом, понимая, что информация о сексуальном контакте может каким то образом навредить своему бывшему любовнику, ни одному из предыдущих терапевтов правды не рассказывала. Разница в возрасте около тридцати лет. Автор новеллы (И.Ялом - прим. автора) - первый кому она рассказала правду. Далее автор, он же терапевт, на протяжении всей новеллы рассказывает о том как он в течении шести месяцев в той или иной форме пытался сделать так чтобы клиентка приняла ответственность за свои чувства, осознала всю нелепость происходящего, разделила его убеждения о том что всему виной ее попытка избавиться от одиночества, страха смерти, бессмысленности существования. Безуспешно. В течении всего времени терапии, терапевт встретился с ожесточенным сопротивлением клиентки. Более того, несмотря на контракт, терапия была прервана до срока. Однако после окончания объективное тестирование показало высокий результат терапии. Терапевтический нюх опытного Ирвина Ялома позволил ему получить приличный результат, а нам его почитателям, честную и умную книгу.

А мне еще и возможность посмотреть на проблему с точки зрения своих взглядов.

Провалилась на самом деле не терапия. Провалилась попытка думать, что клиент сам не знает что ему нужно. И поэтому если ему правильно и долго объяснять свои взгляды на «правильный» смысл происходящего, и учить его искать этот «правильный» смысл то можно и помочь.

И еще мне кажется, провалилась попытка отказаться от структуры, стратегической структуры, передав все «чистому» творчеству. Вот что пишет автор по поводу структуры терапевтических методов:

1. «Если идеологические школы со всеми своими сложными метафизическими построениями и помогают, то только тем, что снижают тревогу не у пациента, а у терапевта (и таким образом позволяют ему противостоять страхам, связанным с терапевтическим процессом).

2. Чем больше способность терапевта выдержать страх перед неизвестным, тем меньше он нуждается в какой-либо ортодоксальной системе. Творческие последователи системы, любой системы, в конце концов, перерастают ее границы.

3. Во всезнающем терапевте, который всегда контролирует любую ситуацию, есть что-то успокаивающее, однако нечто привлекательное может быть и в терапевте, который бредет наощупь и готов вместе с пациентом продираться сквозь лес его проблем, пока они не наткнутся на какое-нибудь важное открытие. Но, увы, еще до завершения нашей работы Тельма продемонстрировала мне, что любая, даже самая замечательная терапия, может оказаться временем, потраченным впустую!

Автор, в цитируемом отрывке считает, что первое противоречит второму. А по моему главный в процессе - клиент, который знает, что ему нужно. И первое, и второе может ему потребоваться в процессе получения того, за чем он пришел. И третье - терапия никак не может быть замечательной, если она – время потраченное впустую. Это, между прочим, еще и деньги потраченные впустую.

Трудно делать дайджест из работы Ялома целиком построенной на нюансах. Поэтому «не ругайте пианиста - он играет, как умеет». Это в равной степени относится и к автору новеллы и автору этих строк. И на самом деле разбор конечно надо делать, имея в руках полный текст. Поэтому те из вас кого это заинтересует, попробуйте сделать это с полным текстом. Книгу «Лечение от любви» издал Леонид Маркович Кроль в своем замечательном издательстве «Класс» и она доступна также через Интернет. Можно купить и можно скачать в электронном виде.

Однако попробуем. С точки зрения понятия «терапевтическая мишень» Для этого вырву из контекста несколько важных с точки зрения информации цитат, а в цитатах самое важное для меня подчеркну:


- В нем было столько заботы, столько любви. Другие мои терапевты старались быть приветливыми, чтобы создать непринужденную обстановку, но Мэтью был не таким. Он действительно заботился, действительно принимал меня. Что бы я ни делала, какие бы ужасные мысли ни приходили мне в голову, я знала, что он сможет понять и -как бы это сказать? - поддержит меня - нет, будет дорожить мной. Он помог мне не только как терапевт, но и гораздо больше.

- Например?

- Он открыл для меня духовное, религиозное измерение жизни. Он научил меня

заботиться обо всем живом, научил задумываться о смысле моего пребывания на

земле. Но он не относился ко мне свысока. Он всегда держался как равный, всегда был рядом.

Важная информация. Человек, который старше другого человека на тридцать лет чувствует нечто что делает его психологически младше. Интересно, что это. В чем причина? Это путь для исследования. И другая важная информация. Сам факт, что клиентка в возрастном регрессе. У нее другой психологический возраст. Может быть, и возраст вполне подходящий для романа.

Внезапный разрыв с Мэтью опустошил ее, а непонимание его причин делало ее

состояние невыносимым. Тельма постоянно думала о Мэтью, не проходило и часа без какой-нибудь фантазии о нем. Она стала одержимой этим "почему?" Почему он отверг ее и бросил? Ну почему? Почему он не хочет видеть ее и даже говорить с ней по телефону?

Брошенность, отвергнутость очень тяжелое переживание. Требующее, какого то разумного объяснения, которое бы не разрушало самооценки. Невыносимым это состояние делается как раз из-за снижения самооценки. Требуется работа на безусловное самопринятие или на исследование причин отсутствия самопринятия.


Все эти восемь лет я, не переставая, думала о нем. В семь утра я спрашивала

себя, проснулся ли он, а в восемь представляла себе, как он ест овсянку (он

любит овсянку - он родился на ферме в Небраске)
. Гуляя по улицам, я высматриваю его в толпе. Он часто мерещится мне в ком-нибудь из прохожих, и я бросаюсь приветствовать незнакомца. Я мечтаю о нем. Я подробно вспоминаю каждую из наших встреч за те двадцать семь дней. Фактически в этих фантазиях проходит большая часть моей жизни - я едва замечаю то, что происходит вокруг. Моя жизнь проходит восемь лет назад.

Как о ребенке говорит сейчас Тельма о об объекте своей любви. А в анамнезе про детей ничего нет. И еще о том что дает ей силы жить. О мечте, о желании случайной встречи. Встречи Тельма хочет. Что не исключено. Тельма жива и Метью жив. Разве случайная встреча невозможна? И что плохого если она произойдет? А терапевт в этом болезненную фиксацию может увидеть.


И поэтому буду откровенна с Вами: я почти уверена, что рано или поздно

совершу самоубийство. Я пришла сюда для того, чтобы в последний раз попытаться найти способ быть хоть чуточку более счастливой. Если нет, я надеюсь, Вы

поможете мне умереть, причинив как можно меньше боли моей семье
.


Тоже очень важная информация. У Тельмы остался эмоциональный контакт с мужем.

Он для нее дорог и дорого его состояние. А терапевт в своих иллюзиях. Если Тельма говорит что любит другого, значит, она не имеет эмоционального контакта с мужем.


Я спрашивал себя, есть ли хоть капля теплоты и близости в ее повседневной жизни. Из всего, что она до сих пор рассказала о своей семейной жизни, было ясно, что с мужем у нее не слишком близкие отношения. Возможно, роль этой навязчивости в том и состояла, чтобы компенсировать дефицит интимности: она связывала ее с другим человеком - но не с реальным, а с воображаемым.

Самое большее, на что я мог надеяться, - это установить с ней близкие и значимые отношения, в которых постепенно растворилась бы ее навязчивость.

Возражения Тельмы сводились фактически к тому, что ее потери слишком велики -

больше, чем она может пережить. Она потеряла надежду на будущее (под этим она

понимала свой "ничтожный шанс" на примирение); она потеряла лучшие двадцать семь дней своей жизни (если, как я уверял ее, любовь не была "настоящей", то она потеряла воспоминания о "высших минутах ее жизни"); и, наконец, она потеряла восемь лет непрерывной жертвы (если она защищала иллюзию, то ее жертва была бессмысленной).

Я бы на месте Тельмы очень сопротивлялся человеку, который рассказывает мне, что очевидное для меня на самом деле не существует. И что терапевт готов восполнить у меня дефицит интимности. Да не нужен он мне. Я другого люблю и предавать его не собираюсь. Тем более что и профессии у них одинаковые. Мой подвиг верности- мой козырь.


Как будто читая мои мысли, Тельма продолжала, выставив вперед подбородок и

словно бросая свои слова в огромную толпу:

Когда люди думают, что мы любим друг друга не по-настоящему, это сводит на нет все самое лучшее в нас. Это лишает любовь глубины и превращает ее в ничто. Любовь была и остается реальной. Ничто никогда не было для меня более реальным. Те двадцать семь дней были высшей точкой моей жизни. Это были двадцать семь дней райского блаженства, и я отдала бы все, чтобы вернуть их!

Скажите коллеги а у вас не так? Нет таких или подобных воспоминаний, от которых внутри все замирает? Это что болезнь? Мы тогда почти все больны.

Я встретилась с Гарри в 30-е годы, когда работала танцовщицей в Европе. Я

всегда жила только ради двух вещей: любви и танца. Я отказалась бросить работу,чтобы завести детей, но была вынуждена сделать это из-за подагры большого пальца - неприятное заболевание для балерины. –

Но как только я вышла за Гарри, с любовью было покончено. Очень немногие

мужчины (хотя такие и были) отваживались любить меня - все боялись Гарри.


Обратите внимание коллеги - замечательная фраза. Характеризующая личность пациентки,

и возможную структуру ее отношений с мужем. Очень интересно, что было мотивом замужества и как ее муж реагировал на отсутствие любви к нему. И на необходимость контроля за верностью жены путем запугивания ее потенциальных любовников. «Веселая» у Гарри была семейная жизнь.

А сам Гарри отказался от секса двадцать лет назад (он вообще мастер отказываться).Еще одна вещь, о которой я думаю, но не могу заговорить, - это самоубийство. Я знаю, что рано или поздно совершу его, это для меня единственный выход. Но я и словом не могу обмолвиться об этом с Гарри. Когда я попыталась покончить с собой, это чуть не убило его. Он пережил небольшой инсульт и прямо на моих глазах постарел на десять лет. Когда я, к своему удивлению, проснулась живой в больнице, я много размышляла о том, что сделала со своей семьей.

Очень много информации. О прекращении сексуальных отношений поговорим позже. А акцент сейчас на ценности мужа, на реальных настоящих переживаниях Тельмы о нем. И о ценности семьи вообще. Тельма от любви ослепла, но не сошла с ума. Её отношение к мужу вполне адекватное. Разводиться, как я понимаю, она не хочет. На человека находящегося во власти безумного аффекта все это как-то не похоже. И вот еще что. К своему удивлению Тельма увидела, что она для мужа не пустое место. Нас интересует вопрос, почему она не видела этого раньше. И это вопрос психолога не погружающий человека в чувство вины. Вопрос не риторический. И если бы я его задавал, то бы сформулировал его так. «Как Вы думаете, что в Вас, именно в Вас внутри, до вашей попытки самоубийства мешало Вам узнать, увидеть, или каким ни будь другим способом почувствовать, что Вы для вашего мужа - большая ценность»?

Однако пойдем дальше. После четырех месяцев безуспешных попыток объяснить клиентке что дело не в любви, а экзистенциальных конечных данностях которые клиентка не хочет принимать терапевт решил поменять тактику.


Я начал серьезно подумывать о том, чтобы включить Мэтью в терапевтический процесс - не ее идеализированного Мэтью, а реального Мэтью, из плоти и крови.


После принятия решения о участии Метью в терапии др. Ялом сообщил об этом клиентке и позвонил Метью с просьбой об его участии в терапевтических сессиях. Отказать признанному специалисту и коллеге Метью не мог. А Тельма немедленно воспользовалась ситуацией и тоже позвонила.


Ну, Вы (др Ялом-прим.автора) оказались догадливее, чем я ожидала. Впервые за восемь лет он ответил на мой звонок, и у нас состоялся двадцатиминутный дружеский разговор. - Как Вы себя чувствовали, разговаривая с ним? - Замечательно! Даже не могу выразить, как замечательно. Как будто мы только вчера с ним простились. Это был все тот же добрый, заботливый Мэтью. Он подробно расспрашивал обо мне. Он был обеспокоен моей депрессией. Был доволен, что я обратилась к Вам. Мы хорошо поговорили. - Вы можете мне рассказать, что вы обсуждали? - Боже, я не знаю, мы просто болтали. - О прошлом? О настоящем? - Знаете, это звучит по-идиотски, но я не помню!

«Не помню» важное замечание. Амнезия бывает не так часто. Признак трансового состояния. Не ждала она ответа на телефонный звонок. Растерялась. Конфузионный транс. Обычно, если есть какие то слова, которые клиент много раз сам себе уже проговаривал и теперь ждет, то на вопрос терапевта такой клиент обычно отвечает: «Он так и не сказал мне…» Похоже, что ее действительно Метью интересовал, а не его отношение к ней. Не обиды.

И вот встреча, которую так искала клиентка, состоялась.


Наступило короткое молчание, которое нарушил Мэтью. - Я здесь для того, чтобы помочь Тельме. Я знаю, что она переживает трудный период, и знаю, что несу ответственность за это. Я постараюсь как можно откровеннее ответить на все вопросы.

Искренне отвечает. Не очень боится ответственности и за интимную связь и за фактическое отношение к суицидальной попытке у психиатрического пациента. Дальше увидим почему. Дальше длинная цитата. Кульминация.


Я(Метью- прим.автора) думал о тебе каждый день все эти восемь лет! Я беспокоился за тебя. Я очень беспокоился. Я хочу быть в курсе того, что происходит с тобой. Мне бы хотелось иметь возможность каким-то образом встречаться с тобой каждые несколько месяцев, чтобы я мог поглядеть на тебя. Я не хочу, чтобы ты бросала меня. Я думаю, Вам необходимо точно знать, что произошло восемь лет назад. Я сейчас говорю с Вами, а не с Тельмой, потому что уже рассказывал ей эту историю, и не один раз. - Он повернулся к ней. - Извини, что тебе придется выслушать это еще раз, Тельма.

Восемь лет назад, примерно через год после окончания обучения, у меня был серьезный психотический срыв. Я собирался стать буддийским монахом и ездил в Индию для тридцатидневной уединенной медитации. К третьей неделе у меня начались галлюцинации, и я вообразил, что способен видеть сквозь стены и получать полный доступ к своим предыдущим и следующим жизням. Монахи отвезли меня в Бомбей, доктор-индус прописал мне антипсихотические препараты и позвонил моему брату, чтобы тот прилетел в Индию и забрал меня. Четыре недели я провел в больнице в Лос-Анджелесе. После того как меня выписали, я сразу же вернулся в Сан-Франциско и на следующий день абсолютно случайно встретил на Юнион Сквер Тельму.

Я не знал, где кончается мое "я" и начинается другой. Я давал ей все, чего она хотела. Она хотела, чтобы я был близок с ней, хотела пойти ко мне домой, хотела секса - я готов был дать ей все в состоянии абсолютного единства и любви. - Но она хотела все больше, а большего я дать ей уже не мог. Я стал более беспокойным. Через три или четыре недели мои галлюцинации вернулись,
и мне пришлось снова лечь в больницу - на этот раз на шесть недель. Когда я узнал о попытке самоубийства Тельмы, я не знал, что делать. Это было катастрофой. Страшнее этого ничего не случалось в моей жизни. Это преследовало меня все восемь лет. Вначале я отвечал на ее звонки, но они не прекращались. Мой психиатр в конце концов посоветовал мне прекратить все контакты и сохранять полное молчание. Он сказал, что это необходимо для моего собственного психического здоровья, и был уверен, что так будет лучше и для Тельмы.


На том совместная встреча и закончилась. А на следующей было вот что. Тельма снова в депрессии.


- Как Вы (Тельма прим.автора) объясняете то, что с Вами происходит?

- Я как бы побывала на ярком волшебном шоу, а теперь вернулась домой. И здесь

все так серо и мрачно.

Я забеспокоился. Раньше Тельма никогда не говорила метафорами. Это были как бы чьи-то чужие слова.

- Расскажите еще немного о том, что Вы чувствуете.

- Я чувствую себя старой, по-настоящему старой. Впервые я поняла, что мне семьдесят лет - семерка и ноль, - я старше, чем девяносто девять процентов людей вокруг. Я чувствую себя как зомби, мое горючее кончилось, моя жизнь пуста, смертельно пуста. Мне осталось только доживать свои дни...

Это как раз то чего добивался терапевт. А из этого состояния он вытаскивать умеет. Это уже про экзистенциальные проблемы. Но увы тут не прошло. Не хочет клиентка в этом оставаться. Она просто живой человек. Обычный. А обычные люди такие проблемы обычно вытесняют. И на здоровье. Все чего она хотела - встречи с Метью, она добилась. Спасибо др. Ялом!


Она не просто против терапии, поделилась Тельма, просто терапия ей больше не нужна: она чувствует себя намного лучше, безусловно, гораздо лучше, чем три недели назад! Вчерашняя встреча с Мэтью, - неожиданно произнесла она, - необычайно помогла ей. - Что? С Мэтью? Как это произошло? - воскликнул я.- О, мы с ним прекрасно поболтали в кафе. Мы договорились встречаться и беседовать друг с другом примерно раз в месяц.

И так гипотеза доктора Ялома состоит в том что у клиентки - навязчивость.

Которая возникла как неадаптивная попытка преодоления экзистенциальных конечных данностей. И в полном согласии со своей концепцией, определив мишенью, погружение клиентки в реальность, в которой эти данности на то и данности чтобы их принять и пережить др. Ялом проводит свою терапию. А клиентка наотрез любовь навязчивостью считать отказывается. Дожидается пока доктор, фактически сводит ее с объектом своей любви, организует для нее процесс примирения с объектом своей любви, используя свой авторитет, и совершенно спокойно прерывает процесс терапии. Терапевт остается «с носом», фрустрированным, и от этого злым. Но честным, и честно описывает это как свое поражение.

Великих поправлять интересно. Мишень надо было искать доктор Ялом. Никому не верить и все сначала начинать. Поинтересоваться, чем сама Тельма объясняет начало того, что признали депрессией, тогда двадцать лет назад? По возрасту может с климаксом совпадать, а по наполнению психологическому- прекращением сексуальных отношений с мужем. Как это она тогда восприняла, что думала , чего ей тогда хотелось? Далее, как она сейчас относится к своему выбору «Карьера вместо детей»?

Мне лично кажется что в ее отношениях с Метью много материнского, много из отношений матери со взрослым сыном который нуждается в помощи. Никогда не поверю что умная женщина, имеющая к тому времени двенадцатилетний опыт периодического пребывания в психиатрической больнице интуитивно( а может и рационально) не разглядела своего брата по несчастью, психотика. И у нее не сработала длительная привычка помогать членам своей терапевтической группы. А детей, да еще больных, любят до смерти. И ведь хотела она не секса, а ответной любви причем в любом виде. Даже раз в несколько месяцев. Причину ее реакции именно на Метью надо было исследовать. Ведь молоденьких стажеров было много. Сама Тельма об этом говорит в начале. Метафизическая наполненность Метью помогла ему порвать дистанцию, нарушить терапевтические рамки. Тельма ответила на искреннюю, не терапевтическую теплоту. У нее появился человек, который мог бы быть ее ребенком. А с детьми не рвут, несмотря на любое их отношение. Тема переживания бездетности, тогда когда карьера все равно разрушилась по болезни, осталась совершенно не исследованной.

Прав Ялом, когда говорит о страхе смерти. Наверняка в проблеме Тельмы это есть. Только подойти к ней надо было с другой стороны. С той, которая для Тельмы имела бы ее личный смысл. Со стороны ее мифа. Для пятидесятилетней женщины совпадение климакса с прекращением сексуальной жизни по инициативе партнера, да еще ничем не скомпенсированное – прямой путь к психиатру. Вот если бы доктор Ялом тогда начал, двадцать лет назад, до встречи Тельмы с Метью - все получилось бы отлично. Может быть, и отношения с мужем наладились. И секс бы появился. А то как то непонятно- муж скотина бесчувственная и в тоже время только он, точнее его боль Тельму в этой жизни держит. Если его боль – ценность, есть материал для семейной терапии. Я не цитировал, но муж Тельмы детьми занимается, бойскаутским движением. Тоже бездетность видимо компенсирует. И есть тема для нормального, точнее социально приемлемого и конвенционально одобряемого, преодоления страха изолированности, наполнения своей жизни смыслом. Катайтесь Тельма уважаемая, вместе с мужем по бойскаутским слетам. Там и детей полно которые в материнской заботе нуждаются и муж присмотрен. Тема ревности совершенно не исследована. Муж, когда с ней сексуальные отношения прекратил он их совсем прекратил, со всеми и навсегда? Не ценит Тельма ценности других, за то и расплачивается. Что стоит за ее эгоцентризмом? История и источник? Чем Тельма наполняла свою жизнь, после того как перестала работать? Депрессия началась в пятьдесят, а работа и карьера, по всей видимости, прекратились раньше? Чем тогда Тельма жила и что давало ей возможность про эти конечные данности не думать? Я не знаю, к какому времени относится эта новелла в жизни доктора Ялома, но такое впечатление, что он не больную женщину лечит, а всем доказывает преимущества экзистенциального подхода. И себя в нем, в экзистенциальном подходе, что не исключено.

А когда человек всем доказывает что он умеет что- то делать лучше других - это другая область человеческой деятельности. Не психотерапия. Это большой спорт или большой цирк. У даосов есть принцип: «Делай только то, что ты делаешь». Во всяком случае, старайся осознанно только это делать. Может в тот момент, когда я психотерапией занимаюсь, мое бессознательное много чего само по себе делает. Но то, что мной в этот момент может быть осознано, старается делать только то, что я делаю сейчас.

Но повторяю Ялом честный терапевт, и честно относится к поиску эффективных приемов. И в этом ничем, кроме своих иллюзий себя не ограничивает. И приглашая Метью на встречу с Тельмой, через пять месяцев бесполезных усилий в продвижении собственных мифов, пять месяцев тупиковых дискуссий, делает таки важнейший терапевтический шаг. Хотя я думаю что, можно было бы это и раньше сделать. Но разве их великих поймешь? Спасибо Ирвин. Хороший для меня урок.

Полностью- по тэгу "Секреты профессии"
Tags: секреты профессии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments