La vidacita (ira_mf) wrote in rabota_psy,
La vidacita
ira_mf
rabota_psy

Category:

Психодрама с игрушками в детско-родительском консультировании

Продолжение.

Начало здесь (часть1) и здесь (часть 2).

Перепост от romailo

Часть 3.

Ох уж эти школьные трудности, вечная проблема учеников и их родителей, вечная головная боль школьного психолога! Написаны тома книг и учебных пособий и для родителей, и для педагогов, и для консультантов – а воз и ныне там. Все известные алгоритмы диагностики и коррекции часто оказываются «мертвыми» и бесполезными по отношению к конкретным школьникам. Почему-то не хотят конкретные дети вписываться в академические схемы. Вроде бы все сделано правильно, все рекомендации выполнены, а учеба не дается.

Вику я знала уже давно, мама приводила ее проверить готовность к школе перед поступлением в первый класс. Этой хрупкой девочке значительно больше подходило ее полное имя – Виктория. Натянутая, как струна спина, высоко поднятый подбородок, волевое лицо. Ее мама выглядела такой же волевой, подтянутой, успешной. Всегда собранная, оптимистичная, она производила впечатление человека, которому все в жизни удается. Вика всерьез занималась плаванием в детской спортивной школе и, несмотря на юный возраст, выполняла уже юношеские нормативы, побеждала в общероссийских соревнованиях. Иногда она забегала в мой кабинет поздороваться и рассказать о важных событиях в классе, о полученных пятерках, о победах в соревнованиях. Порой, буквально на минуту ее личико делалось расстерянным, она быстро обнимала меня и тут же убегала.

В конце третьего класса, перед самыми экзаменами мама позвонила и взволнованным голосом попросила о встрече. На консультацию они пришли втроем – Вика, мама и папа. Честно говоря, я была удивлена – присутствие папы в кабинете психолога довольно большая редкость. Пожалуй, и вправду, дело серьезное, подумалось мне.

Проблему излагала мама, Ирина Витальевна. Олег Константинович, папа, эффектный молодой человек, ироничный и умный, устроился чуть поодаль и смотрел на происходящее со скептическим выражением лица, односложно отвечая на вопросы и практически не принимая участия в разговоре. Вика, сидевшая между мамой и мной, как-то скукожилась на стуле, опустила голову и в ней трудно было узнать прежнего жизнерадостного ребенка.

Ирину Витальевну беспокоило то, что у Вики появились тройки. И даже несколько двоек. Особенно плохо дело обстояло с английским и русским языками. Мама подбадривала девочку, помогала ей готовить домашние задания, учила вместе с дочерью английские тексты и диалоги. Тем не менее, ситуация день ото дня ухудшалась. Выучив и рассказав несколько раз маме домашнее задание, Вика, придя в класс, не могла ответить на уроке. Девочку никто не ругал, родители просто недоумевали и сильно расстраивались. Им было непонятно, что произошло с их вполне благополучным ребенком.

Вика училась в гимназии с особой программой и большой нагрузкой, в которую первоклашек принимают по конкурсу, как в институт. Иностранный язык ежедневно с первого класса, углубленное изучение математики, философия и естествознание в начальной школе, ежегодные переводные экзамены по основным предметам. В школу большой конкурс, ее выпускники почти все с легкостью поступают в ВУЗы.

Вика сама не могла объяснить, что произошло. Она честно старалась, выполняла все-все, что говорили взрослые, но в классе ничего не могла с собой поделать. У меня было множество версий, у Вики и ее родителей – ни одной. Я предложила ей поиграть и попробовать исследовать ситуацию. Девочка молча кивнула.

Мы выбрали сразу несколько героев. Сперва Вика выбрала себя, затем родителей. В моей коробке много разных игрушек, забавных и явно символических, зверюшек и просто предметов. Удивительно, что дети выбирают на роли такие игрушки, что сам выбранный образ становится говорящим. Очень редко бывает так, что выбираются человечки. Вика для обозначения себя и своей семьи нашла трех человечков, чем-то похожих на стойких оловянных солдатиков.

Чтобы разобраться в событиях, происходящих в классе было выбрано две игрушки на роль одноклассников и две учительницы – по русскому и по английскому. Вика сама сказала, что одноклассников хватит, «пусть эти две игрушки их всех изображают». На двух учительницах настояла я, что бы понять, есть ли между ними различия в отношениях с девочкой. Одноклассниками стали какие-то похожие зверюшки, на роли учительниц были выбраны кошка и пингвин.

Мне важно было понять, есть ли конфликт с педагогами и я предложила Вике отправится в класс на урок. Мы разыграли две похожие сцены, где Вика отвечала у доски, и дважды учительницы советовали школьнице больше стараться и усерднее заниматься. Из роли сначала одной, а затем другой учительницы девочка говорила: « Ну, ты же умная девочка, старайся и у тебя все получится. Не переживай, лучше позанимайся как следует». Интонация была спокойная, уверенная. Высказывания одноклассников оказались несущественными. На явный конфликт с учителями было не похоже.

Я предложила Виктории поговорить с родителями, и показать, что происходит дома когда в школе случаются неудачи. Вика по очереди брала в руки фигурки, обозначающие маму и папу, и как заведенная повторяла: « У тебя все будет хорошо, ты добьешься успеха, надо только поднапрячься, старайся, и ты все преодолеешь, всего добьешься». Возникло ощущение какого-то тупикового цикла, повторяющегося раз за разом.

Я взяла в руки солдатика-Вику, и сказала: «Мама, мне трудно, у меня не получается». Вика из роли мамы ответила: «Это ничего, если быть упорной и много стараться, все обязательно получиться!». По лицу девочки потекли слезы.

«Что произошло, Вика?» Но девочка только покачала головой и крепче сжала губы.

Ирина Витальевна, явно взволнованная увиденным, сказала: « Я ничего не могу понять. Ведь мы ее поддерживаем, пытаемся создать ситуацию успеха».

Я предложила маме «примерить» роль ее дочери. Она взяла в руки игрушку, а я повторила для нее всю сцену. Сначала мама сидела в оцепенении, потом заплакала. Я спросила ее: « Какой поддержки тебе, Вика, сейчас хотелось бы от родителей?» Продолжая всхлипывать, Ирина Витальевна проговорила: «Наверное, больше всего мне бы хотелось, чтобы мне ничего не говорили, а просто обняли и пожалели». И уже отложив в сторону игрушку, мама минут пять говорила о том, что плохо, когда ты стараешься-стараешься, а все говорят что мало, успокаивают, вместо того, чтобы просто обнять и пожалеть. Похоже было, что эта большая девочка сама остро нуждалась в том, чтобы кто-то большой, добрый и сильный просто прижал ее к себе, погладил по голове, сказал о любви.

«Ирина, попробуй сделать то, что, как тебе кажется, на самом деле нужно твоей дочери». Женщина взяла в руки игрушку-маму, и попыталась дать ей новые слова, она говорила о том, что любит дочь и понимает ее, готова ее пожалеть.

«Ирина, Вика сидит напротив!»

Женщина подняла лицо, выдохнула, и после паузы крепко обняла размазывающую по лицу слезы девочку, и разрыдалась. Они долго плакали, что-то шептали, пока не затихли в объятьях друг друга.

Я повернулась к папе. Красивый и холодный мужчина спокойно и чуть отрешенно смотрел на двух плачущих девочек. Я не стала его ни о чем спрашивать. Пожалуй, для Вики на сегодня было достаточно.

Мы еще несколько раз встречались с Ириной Витальевной. Разговаривали о многом, и о ее строгой маме, которая говорила правильные и полезные вещи, заставляла учиться в двух школах, чтобы Ирочка могла преуспеть в жизни. И о ее красивом и умном муже, который равнодушен к Виктории – девочка. И о постоянной необходимости соответствовать. Делать карьеру, выглядеть безупречно успешной и счастливой, доказывать непонятно что и все время соответствовать. О чувстве вины перед всеми, и особенно перед дочерью и за дочь, за то что сама родилась женщиной и родила девочку. О том, что нужно быть сильной и о том, как хочется быть слабой. И о многом-многом еще.

Не будем осуждать папу. Он по-прежнему много работает, пишет диссертацию. У него свои резоны быть стойким оловянным солдатиком. А Вика… Она подросла, у нее теперь с мамой есть свои женские тайны, и часто перед сном они закрываются и секретничают. А недавно все вместе ездили в аквапарк. Не соревноваться, а так, для удовольствия, поплавать и с горок покататься.

Окончание следует
Tags: истории из практики
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments