penata (penata) wrote in rabota_psy,
penata
penata
rabota_psy

Психологическая группа: бежать, роняя тапки?

В фейсбуке горячее обсуждение отзыва участницы психологической группы Международного Института Экзистенциального Консультирования.
Ссылка на обсуждение (коменнатрии не менее интересны, чем пост):
https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1743371325742662&id=100002094334891

Не знаю есть ли смысл обсуждать, кто там прав. Но возник вопрос: что, по вашему мнению, является критерием экологичности/неэкологичности психологической группы?
Правило "один за всех" - это нормально, неэкологично или зависит от подхода?
Или чувство участника, что по отношению к другим применяется эмоциональное насилие и это его травмирует, если другимпри этом нормально?
Как определить, что пора "бежать роняя тапки"?


Отзыв участницы

Недавно я читала в ВК пост Анны Жулидовой о том, что широко известная в узких кругах Аглая Датешидзе бьёт на своих тренингах людей.
Я это читала, ужасалась, но даже не думала, что могу вляпаться в нечто подобное сама. Нет, меня не били, но эмоциональное насилие присутствовало.
Начну по порядку. Я узнала о проведении экзистенциальной психотерапевтической группы и решила на неё пойти. Группу проводил экзистенциальный психотерапевт Семён Борисович Есельсон – директор Международного Института Экзистенциального Консультирования (сокращённо МИЭК) в Ростове-на-Дону. Я зашла на их сайт, всё красиво. Пишут, что С.Б. Есельсон состоит в Британском обществе экзистенциального анализа, в Восточно-Европейской ассоциации экзистенциальной психотерапии и много где ещё. Институт даже выпускает свой журнал «Экзистенциальная традиция».
Ещё Есельсон якобы является представителем английской школы экзистенциальной психотерапии, основатель которой Эмми Ван Дорцен. Я купила её книгу и прочла несколько описаний клиентских случаев. Может быть, написано немного суховато (это не Ирвин Ялом и не Нэнси Мак-Вильямс), но вообще складывается впечатление о классической добротной психотерапии. Где всё как положено: есть уважение к клиенту, есть пространство для размещения чувств. Терапевт достаточно активен, но не директивен, находится рядом, выдвигает гипотезы, а не оставляет клиента одного тонуть в своих проблемах. Иногда звучит тема поиска смыслов – на то она и экзистенциальная терапия.
Это я к тому, что я не просто непонятно куда припёрлась, а немного изучила вопрос. Да и экзистенциальную психотерапию я люблю, не одну книгу по ней прочитала.
И вот я пришла на экзистенциальную психотерапевтическую группу «Терпение», которая проходила 1-4 марта в Хабаровске в ПИ ТОГУ. Поначалу Есельсон произвёл на меня благоприятное впечатление. Ему около 65, спокойный тихий голос. Всё культурно, ни одного мата. Он сыпал познаниями из различных областей знаний, часто обращался к русской и мировой классике и советскому кино, притчам и анекдотам.
Мы начали принимать правила. Несогласным на этом этапе можно было уйти. Там не было ничего по поводу Я-высказываний, правила-Стоп, запрета на физическую агрессию и тому подобного. Зато было правило о том, что каким составом группу начали, таким и закончили. Если кто-то из участников уйдёт, группа закончится для всех. Это очень плохо, когда вводится групповая ответственность – такой сектантский признак. Но я тогда объяснила это для себя необходимостью работать с сопротивлением. Я и не думала, что мне захочется свались с группы, потому что там будут происходить АБСОЛЮТНО НЕДОПУСТИМЫЕ для меня вещи. Во время хода группы нельзя пользоваться гаджетами и иметь на руке (или в поле видимости) часы. С гаджетами я согласна, они отвлекают. Причину запрета часов Есельсон не объяснил: «Вот такое правило. Знаете как говорят, часы только у начальника». Мы обсудили расписание со всеми перерывами. Заключительным правилом было то, что за нарушение какого-либо правила будет плата. Как выразился тренер, либо деньгами, либо напрягом. Мне следовало заподозрить неладное уже на этом этапе. Но я-то пришла не на какой-то непонятный тренинг личностного роста, а на психотерапевтическую группу. Моя бдительность спала.
Началась работа с участниками. Что-то мне нравилось, но по большей части я испытывала раздражение и злость от стиля работы. Всё было жёстко и директивно. Есельсон постоянно обесценивал чувства, давал оценки, фрустрировал, навязывал своё мнение. Были отдельные технологии из тренингов по системе LifeSpring. На вопросы и робкое недовольство отвечал что-то типа: «Это пусть вам другие врут, а кроме меня вам правду никто не скажет». Я поняла, что мне с ним небезопасно. И то, что происходит, совсем не экологично.
Часто когда психологи рекламируют свои группы, они пишу: «это безопасное пространство, в котором…». Но в задачи Есельсона создание безопасного пространства точно не входило. Мне там ничего не хотелось делать. Вот вам образчики его высказываний:
«Скажи мне как простая хабаровская баба».
«Такие люди, они как говно в проруби».
«Что за брехня?» (многократно).
Участница: «Говорите громче, я вас не слышу». Есельсон: «Ну не слышите и не слышите».
Участница: «Вообще-то уже перерыв!». С.Б.: «Вообще это не ваше дело!».
«Ну плохо вам и плохо. Вы же не умерли от этого».
«Если я вам сейчас сломаю палец, будет видно, что вам больно. А так – не видно. Всё, что не проявляется, этого нет».
Что ещё напрягало помимо всего прочего, так это жесткое соблюдение регламента. Не важно, в каком моменте находится группа, плохо участнику или он плачет. «Перерыв 10 минут», - изрекает Есельсон. А подготовиться к этому нет возможности – мы же без часов. На замечание о том, что это создаёт незавершённость, С.Б. отвечает: «А какая в жизни может быть завершённость?».
Мне совершенно не понравилось, как тренер поработал с внезапно всплывшей травмой одной из участниц. Фактически, он никак с ней не поработал, а отдал всё на откуп группе. Человека расковыряли и на этом оставили. Пошли дальше, у нас же регламент. Он важнее человека.
С началом второго дня возник вопрос опозданий: на группу вообще и после перерыва. С.Б. заявил, что за нарушение правил, должна быть плата. За каждую минуту опоздания нужно было либо заплатить 100 рублей, либо простоять 10 минут. Дальше за опоздания «ставки росли». Мы дошли до 200 рублей за минуту опоздания или до 15 минут стояния. После этого никто не опаздывал. Чудесная дрессура, не так ли? Конечно, когда опаздывал сам Есельсон, он никакую «плату» не платил.
Но поворотный момент для меня настал, когда он сказал одной из участниц: «Заткнитесь». В ходе группы Есельсон ещё несколько раз это говорил. На вопрос, зачем так грубо, спокойно отвечал: «Ну а что тут такого?».
Самое странное, что я не вижу Есельсона ни как садиста, ни как нарцисса. Похоже, для него правда нормально то, что он делает, и он не получает от своих выходок никакого удовольствия. Мне показалось, что он искренне считает, что помогает людям. И это первая страшная вещь здесь.
А вторая страшная вещь заключается в том, что всем было нормально. Была шокирована и ощущала себя небезопасно одна я. Видя, что всем остальным норм, я не стала качать права. Многие остались в восторге, мне не хотелось портить им праздник. Но обращаться с собой подобным хамским образом не позволила.
Я думаю, что Есельсон очень умно выбирает себе аудиторию. Это либо преподаватели, которые по большей части теоретики. Либо студенты, которые в психотерапии вообще ничего не понимают.
Если бы он попытался провести такую группу среди практикующих психотерапевтов, его бы просто порвали.
Но даже если взять во внимание, что люди могут не знать, что такое обесценивание, навязывание своего мнения и т.п., неужели они не знают, что такое пренебрежительное отношение и оскорбление? Почему для них слышать «заткнитесь» от ведущего группы (по иронии в стенах Педагогического института) – это нормально??! В этом месте мне грустно…
Мне могут возразить: то, что делает Есельсон, эффективно – людям, мол, реально помогает. Здесь у меня возникает такой образ. Потребность в изменениях можно сравнить с необходимостью оказаться на другой стороне скоростного шоссе. Светофора нет вообще, а виадук далеко. Светофор (которого нет) – это ожидания клиента лёгкого пути (всё это: «скажите, что мне делать», «почему вы мне не помогаете» и т.п.). Нормальная психотерапия – это виадук. Когда и долго, и не всегда легко. Но так правильно. Для изменений нужно время (хотя бы потому, что в мозгу должны возникнуть новые нейронные связи). Конечно, найдутся те, кто решит шоссе перебежать – это такая «дикая» психотерапия. А потом ещё будут всем рассказывать, как это клёво, и как время экономит. Только кто-то перебежит, а кого-то задавят.
Есельсон не бездарный шарлатан, он делал много хороших вещей, которые делал бы опытный терапевт. Но нарушение им этического кодекса всё перечёркивает.
Психотерапевтическая группа НЕ ДОЛЖНА быть местом, где вам заткнут рот и скажут, что ваши чувства и желания не важны.
То, что там происходило, не имеет никакого отношения к психотерапии. МИЭК нагло примазался к Эмми Ван Дорцен и продвигает от её имени какой-то свой продукт.
Эта группа была не терапевтической, а анти-терапевтической. Я вышла с неё шокированной и возмущённой. Но если бы я попала на подобное года 3 назад, я бы могла сильно пораниться.
Зачем я написала всё это?
Чтобы «выпустить пар».
И чтобы предупредить, что от Семёна Борисовича Есельсона и его МИЭК нужно держаться подальше. Он собирается приехать в Хабаровск ещё. И от всего подобного, где есть странные правила, где нельзя отказаться от участия в том или ином упражнении или покинуть группу нужно держаться подальше тоже. Учитывая, что многие после этой группы пошли к нему на учёбу, в Хабаровске появятся свои психологи-экзекуторы.
Не покупайтесь на интеллигентный вид и сладкие речи о Толстом, Достоевском и Сартре.
Главное – это не техники и приёмчики, не начитанность, а уважение к человеку. Между качественной психотерапией и тем, что делает Есельсон, лежит пропасть.
Tags: мнение коллеги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 112 comments