pd_v_np (pd_v_np) wrote in rabota_psy,
pd_v_np
pd_v_np
rabota_psy

8 страхов и терапевтическое вмешательство 1/6

8 страхов и терапевтическое вмешательство

В данном эссе речь пойдет о таком человеческом опыте как страх. Страх как опыт переживания затрагивает и эмоциональную, и физическую области жизни человека. Ключевые слова для нашей темы будут «страх как эмоция», «новизна», симпато-адреналиновый комплекс, «страхи» как симптом, природа страха как эмоции, природа «страха как симптома», тактики терапевта в работе с разными ситуациями, в которых присутствует «страх как эмоция в ситуации» или «страх как симптом».
И прежде всего общее понимание того, что сообщение о «страхе» понимается психологом не как призыв «убрать страх» у человека, а как предложение разобраться в том, какие в сегодняшней жизни человека есть дефициты ресурсов, какие есть сложности в его ситуации, и помочь восстановить эти ресурсы. Будут восстановлены доступы к ресурсам – «страх» перестанет быть актуальным.
Страх - это не что-то лишнее, страх - это сигнал о дефиците!


Введение в тему. Страх как эмоция и страх как симптом

Переживание страха как эмоционального опыта является неотъемлемой частью человеческой жизни. Эмоция страха - это естественная часть ситуации, в которой есть неотрегулированность (напряжение, дефицит, конфликт) отношений, есть опыт неожиданности или опыт ожидания чего-то, что должно произойти в будущем. Эмоция страха - это часть комплекса ориентировочных реакций, без которых трудно представить себе жизнь любого живого существа. Этот эмоциональный опыт мы будем признавать как органичный, естественный и совершенно необходимый в организации жизни человека. Конечно, эти идеи не помешают нам искать психологические приемы для того, чтобы помочь человеку более свободно чувствовать себя в затруднительной и волнующей его ситуации.

В то же время, мы как практики понимаем, что наиболее частая «жалоба» у клиентов, в отношении себя самих, или в работе детского психолога, жалоба по поводу поведения детей, с которой обращаются родители, содержит в себе сообщение «про страхи». Мы отдаем себе отчет в том, что речь в этих случаях (запрос о помощи в связи со страхом) идет о некотором «застывшем опыте», о некоторой ригидности, некоторой фиксации, которая существенно отличается от того, как проявляется спонтанная и гибкая реакция эмоции естественного страха в подходящей для такой эмоции ситуации. Мы как практические психологи даем много внимания тому, КАК именно организованы в личностном поле опыта человека те дефициты, которые создают базу для застылости, для ригидности. И ищем пути восстановления целостности и спонтанности в душевной жизни человека, взрослого или ребенка. «Страх» понимается нами как сигнал о неблагополучии. Это «симптом», и он просто небольшой маячок, указатель, который поможет найти область дефицита (область нарушения). То есть не сам «застывший страх» является предметом нашего внимания, а то, что за ним скрывается. Ниже мы обсудим 8 вариантов наиболее часто встречающихся на практике ситуаций и способов помощи в этих ситуациях.

Чего ждут клиенты?

Как практики, мы обратим внимание на конкретные представления клиента о себе самом, чего и как ожидает от психолога клиент, который говорит об опыте «страха». Чаще всего клиент жалуется на «страх» как на что-то лишнее, избыточное, как «то, что мешает». Что в персональном опыте клиента максимально соответствует характеристикам, которые в клинической практике соотнесены с критериями «навязчивости». Или обсессивно-фобической симптоматикой. Если родитель говорит с психологом о ребенке, то запрос часто формулируется как то, что «есть ребенок, есть его поведение и есть «страх» как что-то дополнительное».

Родитель как будто бы просит психолога: «Уберите лишнее из поведения ребенка, уберите лишнее из его чувств». Человек как клиент говорит терапевту «сделайте что-то, чтобы избавить меня от «лишнего страха».

Мы считаем полезным поставить акцент на том факте, что запрос «уберите его (мой) «страх», он мне (ему) мешает» по своей сути заметно отличается от запроса по типу: «хочу разобраться в ситуации, в которой я (он) испытывает страх». Такой запрос (хочу разобраться в ситуации, хочу подготовиться к действию) указывает на естественную природу эмоции «страха-волнения» как части опыта ситуации, в которой имеет место перспектива развития отношений. Именно эмоция (в нашем примере «страх») будет указывать на те области внимания, на те сюжеты и те ситуации, в которых имеют место наиболее важные темы для человека. «Страх» в этом запросе это не «фиксированный мешающий или раздражающий опыт», а название для естественной эмоции (реакции) страха в волнующих актуальных ситуациях. В втором случае (естественная) эмоция «страха» в ситуации, наоборот, указывает на актуальные задачи человека в ситуации, на те области опыта, в которых ему необходимо приложить усилия.

Концепция, на которой базируется работа психолога с темой страха, исходя из вышесказанного, состоит в том, что «страх» рассматривается не как что-то «избыточное», от чего надо избавляться. А как указание на дефицит в ситуации. В варианте «естественной эмоции» - это указание на то, что ситуация развивается, и что человеку необходимо привлекать разного рода ресурсы для успешного разрешения конфликта или иного по дизайну ситуации варианта взаимодействий в свою пользу. В варианте «фиксированных страхов» или «страха как симптома», наличие этого «страха-симптома» указывает на дефициты в одном из глубинных процессов психической или личностной регуляции. Итак, и «страх как симптом», и эмоции страха или тревоги в развевающейся актуальной ситуации - это не указание на избыток (избыток – то, от чего можно «избавиться»), а симптом, указывающий на дефицит регуляции или дефицит в организации опыта в отношениях между человеком и окружением.

Нас будет интересовать и организация опыта «естественного страха» как эмоции, и более сложные ситуации, в которых «страх» - это фиксированный синтетический (соединяющий телесное и аффективное) симптом, указывающий на некоторую патологию в организации актуального опыта. Разные «патологические страхи» по-разному организованы во внутриличностном поле, и порождены разного рода дефицитами. Терапевт думает не о том, как «избавить человека о страха», а о том, как помочь человеку восстановить целостность своей жизни и своего функционирования, то есть, как восполнить дефицит. Будет устранен (восполнен) дефицит – и «страх как симптом» развеется. В случае, когда клиент, будь то ребенок или взрослый, говорит о страхе, проявляет признаки страха, психологу необходимо различать эту организацию, чтобы выработать адекватную стратегию и тактику работы. С целью облегчения задачи диагностики и коррекции в статье приведена классификация страхов.
Естественный страх и другие негативные эмоции как информация для ориентации в ситуации.
Родители и негативные чувства ребенка



Возбуждение и страх инстинктивно порождаются в психике человека в ситуациях, где старая существующая картина мира и новая еще не прошли процедуру урегулирования, и все реакции являются комплексом ориентировочных реакций.

Выражается этот «ориентировочный» страх в беспокойстве, возбуждении, к которым присоединяются двигательные компоненты. Реакция запускается, если во внешней по отношению к человеку ситуации, непосредственно в момент времени, или в ближайшем будущем, или недавнем прошлом, начинает происходить что-то новое. Возбуждение в ситуации, в которой есть новые события или новая информация, у человека нарастает инстинктивно. Эти инстинктивные реакции (комплекс симпато-адреналиновых реакций) на изменение обстановки есть у всех живых существ. Информация пришла, ситуация изменилась, и организм готовится к ответу. Что делать? Бежать или драться, или маневрировать, или замереть? Инстинкт подсказывает не такой уж большой выбор.

Не только страх, но и другие эмоции, которые испытывают люди в затруднительных для них ситуациях, естественны. Многие «негативные эмоции», среди них страх, стыд, горе часто считаются «неприемлемыми» с точки зрения общества. Родители, которые заботятся о своих детях, стараются «избавить их от негативных чувств», желая блага своим детям. И делают что-то, чтобы отвлечь детей от «негатива», и извне мы как психологи видим, что родители, по сути дела, запрещают детям «чувствовать чувства», нарушают принцип спонтанности развития чувства в ситуации. Повторим еще раз, что не только страх, но и другие «негативные чувства».

Приведем пример того, как организована эта ситуация, на материале отношения к аффекту горя. И по аналогии с «горем» лучше понять то, как функционирует эмоция страха, и какие варианты отношения к этой эмоции мы можем ожидать со стороны окружения.

В жизни человека случаются утраты. В сфере человеческих отношений, в материальной сфере подобные события нередки. И с точки зрения психолога аффект «горевание» является естественной реакцией на изменения ситуации.

Представьте себе ребенка, любимую игрушку которого родители забыли на даче. Ребёнок не останется равнодушным, он продолжает некоторое время активно переживать, проживая все стадии горевания: обижается, злится, досадует, потом печалится и только после этого переориентируется. Такая реакция является нормой, биологической и эмоциональной. Но родители огорчаются «негативным чувствам» своего любимого сына или дочки, и стараются оградить его от негативных чувств. Отвлекают его, стараются запретить горевать, стараются приласкать так, чтобы он забыл о своем горе. Однако представить себе ребенка покладистого настолько, что переключится сразу, практически невозможно. Чтобы угодить родителям, ребенок должен будет как-то удалить свои чувства, спрятать их. Он постепенно приучается к этому, отказывается от своих реакций, и родители радуются. Однако причиной подобной «покладистости» может быть то, что ребенок давно уже находится в «диссоциированном от самого себя» состоянии – ему «что воля, что неволя – все равно». Такое отсутствие эмоций в перспективе порождает недоразвитие эмоционального интеллекта.

Рассмотрим другой пример, темой будет «злость». Что же происходит в случае, когда предлагают отдать его игрушку другому ребенку? Если ребенок начинает возмущаться «Не отдам!» – он проявляет адекватную эмоциональную реакцию. Но это злость, сердитость, родители огорчаются тому, что ребенок «злой», и начинают предпринимать усилия, чтобы «успокоить его». Однако психолог заметит, что если ребенок спокойно отдает игрушку, то значит, он не включен в ситуацию или не присвоил эту игрушку, поэтому не проявляет никакой реакции на изменение ситуации. И это скорее насторожит психолога.

Елена Петрова, член Ассоциации детских психиатров и психологов, преподаватель Института «Иматон», медицинский психолог, гештальт–терапевт, член Европейской ассоциации гештальт–терапии (EAGT), , медицинский психолог, ГПНДС № 7

Продолжение следует...
Tags: мнение коллеги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments